— И что, никто не может с ними справиться? — спросил я.

— Все боятся. Они запугали всех, и каждый раз, когда полиция пытается их взять с поличным, жертвы отказываются от обвинений. Всем очевидно, что они виноваты, но они не несут никакой ответственности… Простите, могу я вас рассчитать?

— Астрид, детка, где ты там? — снова закричал главный. — У нас тут бухло кончилось, а тебя всё нет и нет! Принеси нам еще бутылку!

— П-простите, но у нас нет спиртного! — робко ответила Астрид через зал.

— Ну тогда сходи и купи! — заржал главный. — Я что, должен рассказывать тебе, как делать твою работу⁈ Клиент должен уходить довольным, ты разве не знаешь⁈

— Да, конечно… — шмыгнула носом Астрид. — Я сейчас!..

— Подождите, — я взял ее за руку, останавливая, и встал из-за стола, пряча девушку за спиной. — Эй, гоблины.

Я произнес это тихо, но в тишине кафе, где были только мы и они, это прозвучало громом. Парни даже перестали есть и удивленно уставились на меня. Сначала с недоумением, а потом с возмущением.

— По-моему, он что-то сказал, — задумчиво произнес один из них.

— Да не, показалось, — покачал головой другой. — Тля не разговаривает.

— Гоблины тоже не разговаривают, — спокойно ответил я. — Впрочем, ваше похрюкивание на разговоры не очень-то и похоже.

— Слушай, парень, вали отсюда, пока цел! — повернулся ко мне главный. — Мы тут важные клиенты!

— Клиенты у проституток бывают, — глядя ему в глаза, произнес я. — А в заведениях — гости. Посетители на край. Но никак не гоблины.

— Всё, он мне надоел, — решительно произнес второй, бросив на тарелку обглоданную куриную кость и вытирая руки о скатерть. — Я щас, быстро, без меня не жрите.

Он вылез из-за стола, подошел ко мне и замахнулся. Он был выше меня на полголовы и тяжелее на двадцать килограммов. Я слегка сдвинулся в сторону, чтобы его кулак вскользь прошел по моей скуле, и через это получил возможность ответить.

Моя нога взлетела в ударе, который закончился между ног противника. Он громко икнул, схватился за причиндалы и повалился на пол, тихо пища, как сломанный динамик.

Я не стал его добивать — он не встанет еще долго. Вместо этого я посмотрел на оставшихся:

— Извините, парни, он вас обманул. Он не быстро.

— Тебе конец, — пообещал главный, вскочил со стула, схватил его и швырнул прямо в меня!

Я перехватил стул в полете за ножки, развернулся, гася инерцию, и поставил его ножками на пол, а потом перепрыгнул через спинку, опираясь руками и вынося обе ноги вперед!

Удар двумя ногами пришелся в грудь главного, который рванулся следом за стулом, и он отлетел к стойке. Ударился об нее спиной и головой, попытался подняться, но ноги его снова расползлись.