Артефакт замолчал.
— И всё? — спросил Барти.
— Похоже, что да. Видимо им велели забыть всё, что было после «империо». В принципе, логично. Давай послушаем Алису?
Барти сглотнул, и кивнул.
Однако из кристалла с памятью Алисы мы ничего толком узнать не смогли. В отличие от Френка, её сознание было фрагментировано. То есть оно состояло из множества кусков, не связанных никакими ассоциативными связями.
— Не узнаешь? На что похоже?
— «Обливейт»? — с ходу предположил Барти.
— Мне тоже так показалось.
— Получается, что это всё? Мы не сможем им помочь?
— Давай, для начала, сделаем предварительный вывод.
— Ты же знаешь, что «обливейт» не обратим.
— Не торопись. Сперва давай определимся с Френком.
— Давай, — вздохнул друг.
— Значит, первое — его память в порядке. То есть к нему «обливейт» не применяли. При этом он ею пользоваться не может, и никакой активности не проявляет.
— Ну и что? Мне это ни о чем не говорит.
— Эх. Ладно, слушай. Я разговаривал с Беллатрисой. Она мне рассказала про ту ночь.
— Что! Но как?
— Успокойся, это к делу не относится, — однако взгляд Барти не оставил мне шанса уйти от темы. — Ладно, расскажу, но позже.
— Я напомню.
— Короче, Белла рассказала, всё то же, что и Фрэнк. Ну и продолжение я знаю. В общем после «империо» они приказали Лонгботтомам рассказать куда делся их господин, однако, как ты понимаешь, результата не было. Тогда Рабастан психанул, и бросил на Френка «аваду».
— Что? Но он не похож на труп.
— А что ты знаешь об «аваде».
— Ну-у. То, что это смертельное проклятие. Вызывает смерть одушевлённого существа, и небольшой взрыв на поверхности неодушевлённого.
— Это всё? — Барти кивнул. — А трактат с исследованием этого проклятия не читал?
— Даже не знал, что такой есть. Рассказывай, давай.
— Хорошо. Если кратко, то «аваду» правильно называют проклятием. Это заклятие отделяет от атакующего кусочек души, и внедряет его в душу жертвы, с приказом умереть. Подсознание жертвы, после поражения «авадой», капсулируется, и начинает интенсивно сжигать свою энергию жизни. От чего душа отделяется от тела. И вскоре образуется труп.
— Постой, ты хочешь сказать, что швыряясь «авадами», Пожиратели кидаются кусочками своей души?
— И не только «авада». Но и «империо» с «круцио» не работают без добавления куска души.
— Охренеть. А почему Фрэнк-то жив?
— А как ты думаешь, как срабатывает «авада» на том, кто уже под «империо»?
— Да откуда я могу про такое знать?
— Действительно. Короче, «авада», попав в Фрэнка, сработала правильно, но в этот момент, его тело контролировалось чужим куском души, и при отделении души Фрэнка, энергия жизни сгорела лишь частично. И, опираясь на чужой кусок души, не дала телу умереть.