— Ну и пусть, — варвар упрямо гнул своё. — Зато в следующий раз будет знать, как обманывать каршарцев.

— С отвёрнутой башкой он уже ничего знать не будет, — усмехнулся Дилль. — Нет, мы накажем его по-другому.

— Как? — одновременно спросили Гунвальд и Герон.

— Пока не знаю, но обязательно что-нибудь придумаю.

* * *

К тому времени, когда у драконоборцев объявили последний свободный день, у Дилля созрел план мести коварному торговцу.

— Мы будем бить по самому больному для него месту, — сказал он Гунвальду и Герону.

— И детей у него уже никогда не будет, — кровожадно улыбнулся каршарец.

— Нет, Гунвальд, не туда. Бить будем по его кошельку.

— О, — варвар озадаченно почесал затылок. — Думаешь, это больно? У меня кошель несколько раз даже срезали — уверяю тебя, я ничего не почувствовал.

— Верь ему, — монах похлопал варвара по плечу. — Дилль дело говорит — Джилбрун всегда был скрягой, каких поискать. Вот только как именно ты собираешься это проделать?

— Для начала мне нужны деньги — чем больше, тем лучше. А ещё твоя помощь, Герон.

— Моя? — изумился монах.

— Да, ты будешь продавать чудодейственные эликсиры из знаменитого Карлисского монастыря. Эти эликсиры творят настоящие чудеса — они даже мёртвого на ноги способны поднять. Мужики от них в постели становятся похотливыми и неудержимыми демонами, а женщины взлетают на вершины блаженства. Словом, эти настойки — знак высшего благоволения Единого к людям, и только крайняя нужда заставила настоятеля Карлисского монастыря отправить тебя, скромного брата Герона, продавать чудодейственное средство в столицу. Ну, как?

— Что-то я не припомню никакого Карлисского монастыря, тем более знаменитого, — пробормотал монах.

— Зачем нам продавать такое волшебное средство? Лучше сами его выпьем, — заявил варвар.

Дилль закатил глаза к потолку пажеской казармы, расписанному картинами из жизни древних воителей, и вздохнул.

— Чувствую, мне придётся тяжко. Это просто легенда такая, — и, видя, что объяснение запутало варвара ещё больше, добавил: — Придумал я всё. Про монастырь и эликсир.

— Тьфу! — сплюнул каршарец. — А я-то подумал…

— Так, Гунвальд, ты особо не старайся ни во что вникать — ты в этом деле участвовать всё равно не будешь. Иди, поспи, — Дилль решительно указал на кровать. — А нам с Героном кое о чём потолковать нужно.

— Почему это я не буду участвовать? — обиделся каршарец. — Я хочу лично начистить рыло этому хорьку.

— Потому что Джилбрун тебя знает. Ты же не хочешь испортить нашу месть? Нет? Тогда отдыхай и не мешай взрослым дядям обсуждать важные дела.