— Простите, госпожа баронесса, за временные неудобства. Сам бы я ни за что не пустил сюда такую ораву, но что поделать — это приказ королевского прокуратора. Что? Нет, не волнуйтесь, эти люди, хоть и выглядят странно, но на самом деле они никакие не разбойники, а драконоборцы. Вон и господин маг из королевской Академии их сопровождает. Да, да, едут освобождать Неонин от зловредного чудовища.

Дама уже более благосклонно оглядела собравшихся, задержала взгляд на Гунвальде, не спускавшем с неё горящих глаз, и заказала лёгкий ужин и хорошего вина. Каршарец шумно сглотнул и заёрзал на лавке. Герон усмехнулся:

— Гунвальд, забудь — она не твоего поля ягода.

— Не скажи, — возразил монаху Дилль. — Видел, как она нас осмотрела — словно оценивала. Говорят, для высокородных дам такие приключения в путешествиях в порядке вещей.

Будто услышав слова Дилля, дама, которая в этот момент поднялась из-за стола, довольно громко произнесла:

— Эй, хозяин, я передумала принимать здесь пищу — подайте мне ужин в третий номер. И проследите, чтобы ночью меня никто не побеспокоил. Завтра мой муж, барон Скодис вернётся с лакеями, а сегодня свою безопасность я доверяю вам.

При слове «вам» баронесса многозначительно посмотрела на здоровенного каршарца и удалилась в свой номер. Все присутствующие в зале мужчины сопроводили её взглядами — особенно Гунвальд. Когда дама скрылась из виду, каршарец свирепо почесал свою русую бороду.

— Эх, какая женщина!

— А чего ты тут сидишь? — удивился Дилль. — Иди к Эрстану, скажи, что отлучишься на час-другой. Он же нормальный мужик, думаю, не откажет и всё поймёт.

— Зачем отпрашиваться? — в свою очередь удивился каршарец.

— Гунвальд, ты разве не слышал, как она объявила, что до завтрашнего утра свободна?

— Чего? — изумился варвар. — Она только сказала, что завтра её муж приезжает.

— Ну, а я про что? Мало того, она даже назвала номер комнаты. И служанку куда-то услала.

— И что?

— Гунвальд, не тупи! — Дилль даже сердиться начал. — Ты видел, как она на тебя посмотрела? Тебе только что сделали явное приглашение.

— Мне кажется, ты что-то путаешь, — буркнул Гунвальд. — Кроме того, от твоих советов у меня кувшины на голове бьются.

Дилль невольно разулыбался, вспомнив, как служанка из «Стойла ржавого дракона» гоняла каршарца по всему заведению, чем только укрепил Гунвальда в его подозрениях.

— На этот раз я тебе дело говорю, — сказал Дилль и обратился за поддержкой к монаху: — Герон, ну хоть ты ему скажи.

Монах ухмыльнулся и кивком подтвердил правоту Дилля. Впрочем, общеизвестно, что в голову каршарцам попадает немногое, зато если уж что-то попало, то вышибить это оттуда можно только хорошей дубиной. Поэтому Гунвальд, решивший, что его в очередной раз подначивают, на все уговоры друзей только упрямо мотал головой. Дилль, потеряв терпение, воскликнул: