- Она молодая.

- Ничего, я гляжу, вроде бы как справляется.

- Это тебе так кажется, - упрямо стою на своем. Но брат не подается, дергает бровью вверх и молча качает головой.

- В общем так, Тихий. Хочется тебе отобрать Искру у Агнеши, сам этим занимайся. Как говориться, боги тебе в помощь. А меня в это не впутывай. И вообще тебе ныне о другом думать надобно.

- Не заговаривай мне зубы, брат, - рычу сквозь плотно сжатые зубы. Поджимаю следом губы, встречаемся с ним взглядом.

Пронзительный взор голубых очей глядят на меня без раздражения и лютой злости, хотя он имеет на них право. Он смотрит на меня спокойно и с теплотой старшего брата, готовый шкуру скинуть за младшего.

Совесть давит на кадык, так что тяжко дышать. Отвожу взор и устало шепчу себе под нос.

- Прости... Меня в последнее время несет.

- Бывает, меньшой. - похлопывает меня по плечу, - Ты только в себе не держи, да не сдавайся. Поставим мы тебя на ноги.

- Угу... - качаю головой скорее для него, чем для себя, спешно меняю разговор в другое русло, - Пацан ваш как? Растет?

- Ох, видал бы ты этого обжору! От груди Грозы мордаху не отводит!

У брата зреет на губах искрения, счастливая улыбка. И мне немножко легче на душе. Я рад за него.

Безумно рад, что боги благословили его доброй женой и маленьким сыном, что они с Грозой, не глядя на раздоры и козни нашей матери, смогли сохранить свою семью.

И за Третьяка с Наталкой радостно мне. У них тоже девчонка подрастает. Невестка вчера заявилась ко мне в гости с племяшей на руках. Кучарявое маленькое чудо, уродилась рыжими волосками и голубыми очами в нашу породу.

Но, казалось, Наталка на это и не в обиде. Наоборот, она так бережно и нежно держала на руки дочку, будто та скарб не иначе.

Так же держала в своих руках Агнеша Искру. С материнской заботой и любовью, которую просто нельзя сыграть. Только почувствовать.

Быть может, молва Грома верна? И Агнеша станет станет чудной матерью для Искры. А во мне говорит упрямство... И не только оно, если уж быть честным с самим собой.

Я боюсь...

Безумно боюсь, что ведомая желаньем создать для малышки настоящую семью Агнеша и вправду выскочит замуж. За здорового бера, который выкоронит меня окончательно из ее сердечка.

- Эй, Тихий? Ты чего побледнел? Плохо тебе что ли? Брат?

Прихожу в себя от тормошания Грома на своем плече, качаю головой, силясь изобразить улыбку. Но ни хрена не получаеться.

Эта мысль не просто скребется кошкой на душе. Она душит меня, подобное змее, что окружила мою шею своим гибким телом.

- Брат?

- Гром... скажи... а... Агнеша? Если ли кто, что к ней интерес проявляет?