- Ты про мужиков что ли спрашиваешь, что в племени?

Едва ли нахожу в себе силы кивнуть. Брат тяжко вздыхает, уводит взор да глядит прямо перед собой, жмёт плечами.

- Не знаю, Тихий, она вроде как девка свободная, а ты ее прогоняешь. Может и найдеться кто пошустрее и смелее, что попробует ее охуматать.

Н-да, найдеться.

Мы ещё перекидываемся с братом парой фраз, тот вскоре уходит к жене и сыну, а я остаюсь один с самыми паскудными мыслями из всех возможных.

Над племенем опускаеться ночь, и заря целует небо напоследок, прежде чем скрыться за макушками деревьев.

Внизу слышу девичий смех и мужские голоса, что доходят до меня через распахнутое окно.

Молодняк собирается костер разжечь.

Танцевать.

Веселиться.

Небось и Агнеша там. И оно правильно, она молодая, нежная, здоровая. Ей место там, а не со мной сиделкой.

Горечь затопливает меня, и я безвольным мешком падаю на подушки, прикрываю устало глаза лрктем и уже... Пытаюсь не о чем не думать.

Дверь тихо шуршит.

Это должна быть Наталка, пришла мои раны намазать какой-то пахучей мазью.

- Уходи, Наталка, к мужу, уж извини, но твои мази никак не помогают.

Прогоняю ее даже не глядя.

Слышу над собой дерзкий голосок.

- Это ты с каких пор целителем стал, что ведаешь помогают они аль нет?

Агнеша.

С подносом на руках.

- А ты... что тут? - теряю речь.

- А я... тут... с тобой... - передразнивает меня, и нагло садиться рядышком, - Хорошо, что Добрый с Купавой согласились с Искрой этой ночью посидеть. Точнее, она у них переночует. А то пришлось бы худо. Не хочу, чтобы она помнила тебя раненого, вырастит еще винить себя в случившимся будет. Так что, давай, подымайся.

- Агнеша... Послушай, - ловлю ее узкие запястья, - все не так просто, как кажеться.

- Нет, Тихий! Все чертовски просто! - неожиданно зло выпаливает и вырывает руки из моего захвата, упирается ладошами в мою грудь. Лезет на меня, бережно седлает, но не опускаеться всем весом.

Волнуеться обо мне.

Бережет.

И моему мишки это чудно как по вкусу.

- Шанс поставить тебя на ноги есть? Есть! Так что хватит мне тут сопли на локоть мотать! Иначе, клянусь, выйду замуж за дру...

Не даю ей закончить фразу, резко хватаю за шею и притягиваю к своим губам, накрываю ее рот своим.

Целую.

В панике осознаю, что делаю, и смыкаю веки в ожидание того, что меня оттолкнут. Она же еще должно боиться меня.

Но меня целуют.

Целуют... в ответ...

Со вкусом, довольно.

Иследуя.

С интересом.

А потом, когда нам обоим не хватает воздуха, отрывается от моих губ и лопочет с печальным вздохом.

- Вот бы ты лечился также, как и целуешься - цены бы тебе не было, Тихий!