Гоша не отвечал. Катаясь по полу, он держался за разбитое лицо, отплевывался.

— Так, ладно, — размял я сбитые руки.

Тело трясло от адреналина, но нужно было внимательно осмотреться и оценить ситуацию.

На узкой кухне царила разруха. Окно и вся стена под ним изрешечена дробью. Труп Потапина валялся под окном. Вокруг него замерла широкая лужа крови. В полу, там, куда в основном и пришелся второй выстрел, зияла дыра. Обеденный стол развалился, всюду валялись куски табуреток и осколки посуды. За разбитым окном лаем разрывался чей-то пес.

— М-м-м… Мля… — Потянул Гоша, переворачиваясь набок и сплевывая кровь.

Вот зараза… Старик же упомянул, что он отравил чем-то хозяйку и моих соседей. Сучий род… чем? Что за яд отложенного действия? Допрут ли врачи сами или будут лечить им пищевое отравление? Я снова бросил взгляд на труп деда. Старый киллер замолчал навек и уже не сможет ответить мне на этот вопрос.

— Слышь? — Я подошел к Гоше. — Ну-ка.

Опустившись, я отнял руки от его лица. Физиономия бандита заплыла еще сильнее и стала теперь похожа на одно сплошное кровавое месиво.

— Говорить можешь?

— М-м-м-м… Пошел ты… — С трудом проговорил он, шамкая разбитыми губами.

— Можешь, ладно.

Я стал обыскивать его, достал и откинул в сторону заряженный ТТ (почему-то он им не воспользовался), нашел в кармане брюк складной нож, портмоне, пейджер, расческу, ручку Паркер и сотовый телефон. Все вещи отправились в кучу, к пистолету.

— М-мне нужно в больницу, — отплевывался кровью Гоша. — Пожалуйста, отвези меня в больницу… М-м-м-м…

— Ну смотри, — я сел на корточки, рядом с ним. — Что мы имеем? Ты навел на меня этого старого клофелинщика, заявился ко мне домой и разнес полкухни из обреза. Отхватил по роже и теперь просишься в больницу?

— П-пожалуйста… Кажется, у меня сломано лицо! Я не вижу ничего! Не вижу!

— Значит так. Ты знаешь, чем эта гнида пыталась отравить меня? Она ж пыталась, я это понимаю. Да только все мимо. Но из-за тебя, сволочи, пострадали невинные люди. Теперь ты должен сказать, чем он отравил их.

— Я… я не помню. Да откуда мне вообще знать⁈ Пожалуйста! Мне нужно в больницу! Лицо очень болит!

— Ну, — я пожал плечами. — У тебя два пути: либо вспоминай, либо хрен тебе, а не больница. Ты ж, наверняка, говорил с дедом о чем-нибудь? Может, он что-то упоминал? Молись, падла, чтобы упоминал.

— Да я не помню! Не помню! — Гоша перевалился на другой бок.

— Так вспомни.

— Ну… Ну что-то было… Он, кажется, говорил что-то про яд поганки! Он отравил всех местных ядом поганки!

— Очень хорошо, — я встал. — Молодец, Гоша.