Саня постучался в дверь.

— Теть Фрось? Теть Фрось, ты там?

За дверью послышалось копошение, шаркающие шаги.

— Кто? — Нараспев зычным голосом, раздался вопрос. — Нету у меня самогонки, не нагнала покамест.

— Теть Фрось, да это я, Саша Шелестов, — залебезил он у двери. — Я не за самогонкой. Телефон мне надо. Можно, позвоню?

— А. Ты, Сашенька? — Ответила Тетя Фрося и защелкала дверными замками.

Спустя мгновение она высунула сухощавое, морщинистое свое лицо наружу. Была Тетя Фрося знаменита в округе. Шелестов догадывался, что Серега Измайлов, которого они затянули к жене в хату, с Фросиной самогонкой куда-то гулять ходил, потому как Тетя Фрося всю ближайшую округу неплохо припаивала. Делала бизнес.

Женщина лет под шестьдесят, тетя Фрося была щупленькая и сухенькая, слегка скрюченная. Серые ее, с легкой проседью волосы убирала она в небрежную худенькую косичку.

Шелестова соседка встретила одетая ни то в два, ни то в три грязноватых халата, один на другой. Несмотря на худую и хрупкую свою комплекцию, отличалась Тетя Фрося сильным зычным голосом. Часто Шелестов слышал прямо из своей квартиры, как звонко она ругается с очередным недовольным клиентом.

Сашу Шелестова тетя Фрося любила. И любила в основном за то, что привел он ей за алкашкой ни одного и не двух новых клиентов. Правда, с одним из них получилось не очень: в тот раз тетя Фрося распродавала какой-то левый спирт, и мужик ослеп после литрушки. Про тот случай они с Шелестовым предпочитали не вспоминать.

— Конечно-конечно, Сашенька. Не признала тебя сразу, задремала у телевизора и вот, — Торопливо залепетала тетя Фрося и запустила Шелестова внутрь.

Тот прошел в продолговатую прохладную прихожу, заполненную банками с мутноватой и другой, прозрачной, но какой-то желтоватой жидкостями. Про то, что самогонки у тети Фроси нет, она явно приврала. Банки покоились прямо тут, на застеленном газетами деревянном крашеном полу.

Тетя Фрося провел его вглубь квартиры, в небольшой свой зал. Там, на подоконнике, у телевизора и стоял бледно-желтый с черными кнопками телефонный аппарат.

Саша снял трубку, на память набрал номер. Стал ждать, пока ответят.

— Да? Кто? — раздался на том конце грубый мужской голос.

— Алло, это Саша Шелестов.

— А. Здорова, Санек. — Голос слегка помягчел, но не сильно. — Че надо?

— Вячеслав Евгеньевич, вы это? — Узнал Саня по голосу.

Знал он также что кличка у Вячеслава Ивановича была «Косой», но по прозвищу называть его Саня боялся. Саня позвонил пацанам с Черемушек. Очень он боялся рассказывать им эти плохие новости, что Летов сорвался с крючка. До смерти боялся. Однако последствий, если не рассказать, боялся еще сильнее.