Оба парня переглянулись.

— Извиняй, братан, — вдруг заговорил Гена вежливо, но с характерной для братвы интонацией, — разреши поинтересоваться, а? Ты под кем ходишь?

Знал я, что в те времена у Мясуховских терки были с пацанами из Черемушек. Делили они несколько автосервисов, расположенных на границе промзоны. Ну и, вроде как поделили. Теперь между бандами воцарился хрупкий мир, который ни те ни другие, не спешили нарушать.

— А ты как думаешь? — Спросил я уклончиво, а потом еще добавил: — Только недавно наши с вашими помирились, поделили мастеров с промзоны. Не уж-то хотите, чтобы все похерилось по пустякам?

Пацаны, хмурые как палена, переглянулись. Один приблизился, что-то шепнул другому.

— Ты с Черемушек, что ли? — спросил рыжий.

Я не подтвердил, но и не опроверг. Только хитро хмыкнул, многозначительно посмотрел на пацанов. Те замялись.

— Ясно, — кивнул Гена.

— Ну, — Игорь тоже выпрямился, но рук с груди не снял. — Тут конфликт у нас назревает. Хотелось бы его так, без левых движений порешать. По-человечески.

Приняли меня за одного из братков. Что ж, помню я, что в молодости не раз и не два путали меня с бандитом. Еще бы: крепкий, хорошо сложен, лицо серьезное, взгляд тяжелый. Видели они во мне, по большей части человека, кто на свою силу полагается, кто принадлежит к бандитской стае. И иной раз я этим успешно пользовался.

Не сказав ни слова, я кинул на рыжего такой свинцовый взгляд, что парень даже разнервничался. Зрачки его голубых глаз растерянно забегали. Отвернул он своего дружка к стенке и стал с ним шептаться обо мне.

— Нехорошо у людей без спросу брать, — проговорил я.

— Что брать? — Испуганно глянул на меня рыжий гопник.

— Глянь в мусорном ведре. Что там лежит? — Спросил я.

Парни растерянно переглянулись. В нерешительности рыжий посмотрел на меня.

— Че, западло в мусорку заглядывать? — Продолжил я поддавливать. — А чужие консервы брать не западло?

— Да мы думали, — стал оправдываться Рыжий. — Думали, что они не твои, а кого-то из этих…

— Из чмошников, — пришел ему на помощь здоровый Игорь. — Если бы мы знали, что не лох их какой туда положил, а нормальный человек, то и не тронули бы.

— Ну вы тронули, — вздохнул я. — И че делать теперь будем? Как порешаем вопрос?

— Ну… У меня тут есть лавэ, — проговорил гопник и сунул руку в карман.

Наружу он извлек какие-то копейки, рубли, и несколько железных монет номиналом по сто рублей.

— Мало, — покачал я головой. — Вы, пацаны, не меньше чем на полторы тыщи консервов у меня нажрали.

— Да ты че, брат⁈ — Стал возмущаться здоровяк. — Тушенка щас по тыща сто, а там…