Он неспешно прошелся по комнате, то и дело бросая хмурые взгляды на хлипкого хозяина фургонов. Тот уже откровенно трясся, зубы его клацали. Некоторые тела на полу едва заметно копошились, в агонии должно быть. Но добивать их не имело никакого смыслы, они все равно уже были мертвы…

— Какой здесь поблизости крупный город? — спросил он, старательно вытирая меч о чей-то труп.

— Поблизости?.. — Клац-клац-клац — слышно, как стучат зубы хозяина фургонов. — Поблизости нет крупных городов. Но за пару дней можно добраться до Уис-Порта…

— Это на севере?

— Да…

— Это хорошо, это мне подходит… Ты знаешь, как туда проехать?

Хлипкий сразу закивал.

— Знаю! Но двигаться придется вдоль опушки, чтобы не встретиться с арахнусами…

— Имя!

Хлипкого затрясло пуще прежнего, лицо его сморщилось так, словно он собирался разрыдаться.

— Чье, мастер⁈

— Твое, идиот!

— Гнут Лимос, мастер! Гнут Лимос!

— Слушай меня, Гнут Лимос… Сейчас я тебя убивать не стану. Взамен ты доставишь меня до города, и если все пройдет гладко, то не убью и в Уис-Порте… И может быть даже заплачу тебе золотом.

— Спасибо, мастер! Вы очень хороший человек!

— Кому как, Гнут Лимос, кому как… А сейчас собери все оружие, деньги и жратву, которые найдешь в этой комнате. И тащи все это в один из фургонов. Мы скоро уезжаем…

Сказав это, он ногой распахнул дверь и вышел на крыльцо. Грил сидел на том же самом месте под окном и смотрел на него вытаращенными глазами.

— Ну? Чего уставился? Иди лучше в дом, помоги козлобородому собраться.

— Ты очень меня удивил, человек, — сказал грил, качая головой. — Кто ты такой, вообще? Я все видел в окно… как ты их всех там… покрошил…

— Я там работал, грил. Просто работал.

Спустившись с крыльца, он сразу направился к фургонам. Это были добротные повозки, полностью деревянные, на ребрах усиленные железными полосами. Окна имели ставни, которые можно было закрыть изнутри, и забраны решетками. Фургоны имели по две двери, одна из них находилась сбоку и была оборудована выдвижной подножкой на две ступени, а вторая вела прямиком на козлы, на которых вполне могли расположиться одновременно трое сапиенсов солидных габаритов. На крышах со стороны козел были установлены небольшие аркбаллисты.

Он распахнул двери первого фургона. Там было пусто, вдоль стен стояли прибитые к полу лавки на десяток мест. Тогда он подошел ко второму фургону. Внутри что-то глухо стукнул и сразу стихло. Он на мгновение замер, затем отодвинул железную щеколду и рывком открыл дверь, выставив перед собой меч. Впрочем, сразу его опустил.

Этот фургон был точно таким же, как и первый, но на лавке прямо напротив двери здесь сидела человеческая девочка лет десяти-одиннадцати. Одета она была в длинное, почти до пят, серое платье; приглядевшись, впрочем, он понял, что никакое это не платье, а просто длинная мужская рубаха, которую ей просто подвязали на поясе куском веревки. Грязные волосы торчали в разные стороны, обветренные искусанные губы были испуганно поджаты, но сверкающие в темноте фургона глаза смотрели пронзительно и даже с ненавистью.