— Что, предлагаешь дворец атаковать? — хмыкнула Кристел.

— А почему бы и нет? — пожал плечами Крис. — Тетку Флокси же спасли, и ничего нам за это не было. Ну, почти.

— Тетку Флокси мы спасли, потому что никто не ждал, что мы выследим похитителей и в ту же ночь так эффективно их атакуем, — возразила девушка. — Там охрана стояла только от виверн. Но королевская резиденция — это совсем другое. Да тебя поджарят заклинаниями, едва ты на стену полезешь!

— Можем под землей ход прорыть, — пожал плечами Крис.

— Думашь, такой умный? — фыркнула Бристел. — Дворец не первый век стоит. Там и стены, и подвалы, и просто земля — все просматривается и защищено магией! Туда даже невидимке не пробраться.

— Защищено все, кроме воздуха, — неожиданно сказал Леам. — Если милорд научится летать, то…

— … то его снимут из баллисты, едва он снизится до высоты выстрела, — закончила Кристел. — Несокрушимость драконов — это миф.

— И что нам теперь, смириться? — возмутился Крис. — Она же сама на днях рассказывала, как это неправильно, что общество вынуждает женщин становиться… фаворитками.

На это ему никто ничего не ответил, но все неловко покосились на лорда Брефеду.

— Они думали, я собираюсь захватить власть, — задумчиво протянул Ксавьер, заставив всех умолкнуть. — Думали, что забирают у меня любимую. И что я буду согласен на что угодно, лишь бы с ней ничего не случилось.

Сказав это, мужчина надолго замолк, задумавшись и явно делая в уме какие-то выкладки, так что Флокси не выдержала и уточнила:

— А Вы?

— А я забуду все это, — неожиданно ответил Ксавьер, и взгляд его стал жестким. — Во дворце Марина Игоревна все же условно в безопасности. Ее не будут трогать, чтобы не лишиться единственного козыря. Нам же нельзя идти на поводу врага — ни соглашаясь с его требованиями, ни пытаясь вырвать отобранное боем.

— Тогда какие у нас варианты, если не бой? — нахмурилась Кристел. — Чем крыть такую карту?

— Пока не знаю, — честно сказал Ксавьер. — И в этом вся проблема: я почти ничего не знаю. Но, с другой стороны, они тоже ничего не знают. А значит, нам нужно этим пользоваться. Если в городе начнет происходить что-то, чего они не ждут, что-то серьезное, что всколыхнет общественность, про Марину Игоревну просто все забудут. Вот тогда уже и можно будет думать о том, как ее оттуда вызволять. Если враг сам ее не отпустит.

— Враг, — эхом повторил Персиваль. — Так все-таки война?

— Война, — сдвинул брови Ксавьер. — Но не та, которой они боятся.

* * *

Марина стояла, недоуменно глядя на закрытую дверь.

«Накаркала», — сказал Голос.