— Бориска! — испуганно ахнул мужичок и затравленно уставился на меня. Наверно обеспокоился, что я обижу его питомицу.

— Спасибо, дорогая, — сказал я и осторожно взял из тонких пальчиков животинки еду.

В голове вспыхнули все истории о том, насколько опасны инфекции, которые переносят грызуны. Я разломил крекер и вернул половинку Бориске.

— Не гоже отдавать все, что у тебя есть, — пояснил я, и мышь, довольно пискнув, сунула угощение в рот, после чего рванула к хозяину.

Он бережно взял ее на руки и принялся покачивать словно ребенка.

— Никогда не подходи к людям. Они опасны, глупенькая. Обидят тебя и не заметят…

Под шумок я сунул крошку в карман и облегченно выдохнул. Кажется, мне удалось не поругаться с представителем домашней нечисти.

— Значит, голодный? — уточнил Жирик и указал мне на стул, задвинутый под столешницу. — Садись, накормлю тебя. Может не так, как Федор, но кое-чего и мы умеем.

— Пи! — восторженно воскликнула мышь.

Жирик важно проследовал к раковине, выдвинул небольшую подставку-лесенку, которая до того стояла у стены, забрался на верхнюю ступеньку и открыл кран. Темное мыло он брать не стал, подтверждая мои подозрения. Вместо этого мужичок использовал кусочек зеленого цвета. По комнате потек аромат летнего луга.

— Маришка еще собирала травки для этого мыла. Теперь важная сделалась, — Жирик улыбнулся, сразу став будто моложе. — Красивая девчушка. И добрая. Ты ведь не станешь ее обижать, барин? Ась?

— Не стану, — подтвердил я.

— Это хорошо. Ты, вроде, не совсем безнадежен, хоть и человечишка.

Я скрыл улыбку и не стал реагировать на провокацию.

— Расскажи мне, пожалуйста, кто такие жировики? — сменил я тему.

— А ты не знаешь? — удивился мужичок. — И куда катится мир? Чему только молодежь учат? Как можно такого не знать⁈ Ужно Александр не рассказал этому дурачку, кто есть кто?

— Пи…

— Ты права, дорогая, он тоже человек. А значит, ждать от него многого нельзя.

— Уж, прости, что не знаю…

— Прощаю, — перебил меня Жирик, взял со стопки пару полотенец и ловко спрыгнул на пол. — В былые времена в каждом доме обитал домовой, а на подворье хозяйничал дворовой. В бане — банник…

— А жировики на кухнях? — догадался я.

— Не перебивай! — строго насупился Жирик.

Он забрался на стол и расстелил полотенце рядом со свернутой скатертью.

— Считается, что жировики только баловаться и есть могут. Но это неправда. Как и то, что мы еду воруем, — мужичок выразительно взглянул на меня, ожидая уточнений, но я помалкивал. — Мы обычно подъедали то, что было лишним. А ежели хозяин был добрый, то и посуду ему мыли. К тому ж, гоняли всякую вредную нечисть из дома.