Бойцы закивали и принялись аккуратно переносить коробки. Мне оставалось лишь контролировать процесс. Вскоре я проследил, чтобы весь груз был отправлен в нужное крыло.

В целом всё было улажено. Лина с удовольствием приедет, Малик принял моё предложение. Можно развиваться дальше.

— Ладно, пошли, — сказал я Коре. — Мне надо отдохнуть немного, голова кругом.

По пути, в коридорах мне снова попался Батя. Он что-то бурчал себе под нос, заглядывая в накладные и сверяя ящики. Какой дотошный. Это похвально.

Прошли чуть дальше — и меня снова вызвала гарнитура. На этот раз Гвоздь говорил, что разобрался с разгрузкой и теперь возле камеры с некромантом что-то неладное.

— Некромант? — переспросил я, напряжённо. — Что с ним?

— Да не знаю, — отозвался он. — Лучше сам приди посмотри. Ладыжин тут на месте.

Я хмыкнул. Конечно, Ладыжин не мог далеко уйти после своей травмы — видимо, решил нанести визит нашему гостю. Одни сюрпризы с ним. Даже с раненным.

Я двинулся в сторону расположения камеры, где мы держали некроманта. Спустился по лестнице, миновал коридор с несколькими дверями — там находились помещения для заключённых и магическая камера. Гвоздь и Старший стояли у входа. Бойцы Краснова бдительно оглядывали всё вокруг.

— Что происходит? — спросил я, когда они заметили меня.

— Да вот, — Гвоздь махнул рукой на приоткрытую дверь, — внутри Ладыжин. Говорит, что зашёл проверить некроманта, а тот сидит, еле дышит, но живой. Мы решили тебя вызвать, так как, может, надо принять меры. Мало ли…

Я молча толкнул дверь и вошёл внутрь.

Комната — на самом деле бывшее складское помещение, переделанное в камеру. Стены голые, освещение слабое, только пара ламп, но сейчас главное внимание занимал закованный в цепи некромант. Он сидел на стуле, голова запрокинута назад, глаза закрыты. Руки у него были скованы наручниками и привязаны цепями к столу.

Рядом стоял Ладыжин, всё ещё выглядевший довольно бледным. Похоже, он не успел оправиться от случившегося с призраком. Когда я вошёл, он коротко кинул взгляд и снова перевёл его на некроманта.

— Ну и что тут у нас? — спросил я, подходя ближе.

— Да ничего хорошего, — пробормотал Ладыжин. — Похоже, он помирать собрался. Сознания нет. Я подумал, что он сдох, но пульс у него есть. Дыхание слабое, кожа холодная.

Я склонился над некромантом. Тот действительно выглядел так, будто свалился в глубокую кому. Грязные волосы, ввалившиеся щёки. Однако лёгкое движение грудной клетки говорило: жив. Но если он всё-таки скончается — невелика потеря. Может, было бы любопытно выжать из него ещё информацию, но что ж…