Странно, что меня по дороге никто не остановил: ни стража, ни добрые лекари, ни любители пощипать чужие кошельки под покровом ночи.

А дворецкий‑то не обманул, а то у меня до последнего были сомнения. Действительно, верхняя часть окна бесшумно распахнулась после того, как я хорошенько надавила на раму. Только появилась незапланированная проблема: высота лазейки сейчас была мне по грудь.

С грацией кошки, съевшей месячный запас мяса в один присест, я все же смогла перевалиться через перекладину и рухнуть на подоконник уже в библиотеке. Хорошо, что со стороны никто не видел этого позора, как я сучила ногами по отливам окна в попытке подтянуться повыше. И все же следует отдать должное Реджинальду Хэммонду. Не знаю, из чего ему строили дом, но рама и стекла выдержали мои акробатические конвульсии.

Дав себе очередной зарок, что обязательно когда‑нибудь займусь спортом, я легонько спрыгнула на пол. Джозеф сказал, будто Блейк – тот еще жадина, и предпочитает наемных слуг, которые приходят на несколько часов в день. Мол, продукты на них не тратятся, и зарплата раза в три меньше. Поэтому в доме по ночам можно столкнуться только с хозяином.

Библиотека была поистине шикарной. И запущенной. Сразу видно, что никто книги не трогает – на них пыли больше, чем у нас в архиве при Исследовательском центре.

Когда мои пальцы коснулись желанного томика, дверь за моей спиной с тихим скрипом приоткрылась. В свете одинокой свечи лицо Эдгарда Блейка больше напоминало восковое.

– Кто здесь? – грозно вопросил он.

Я сначала поразилась его храбрости – ведь ринулся в одиночку против неизвестного числа грабителей, – пока не увидела пистолет в руке мужчины.

В стрессовых ситуациях адреналин буквально бьет по голове, и контроль над телом захватывают три всадника апокалипсиса: «Оно само», «Невиноватая я» и «Так получилось».

Моя ладонь нащупала увесистый канделябр с пятью рожками. Метнула я его настолько быстро, что и сама не поняла, что же произошло.

А красивые тапочки у Блейка. С пушистой окантовкой.

Я полюбовалась ими, затем бесчувственным телом хозяина и рванула к окну, крепко сжимая добычу.

Блейку просто повезло, что я мазила. Канделябр с хорошим ускорением попал в дверь, которая и стукнула мужчину по лбу. Отделался, можно сказать, легко – шишкой.

Уже стоя на подоконнике, я с удивлением увидела с той стороны стекла темную фигуру. Меня на улицу выдернули легким движением руки.

– Селеста Кэрроу, – с угрозой прошипел инспектор Лейн мне в лицо, – вы в своем уме? Вы представляете, сколько законов успели нарушить?