— Нам нужно кое-что прояснить.

— Да, — согласился он и опустил голову. — Я… Я был не прав. Когда мы встретились, я не видел полной картины.

— Да неужели? — я приподнял брови в удивлении. Не ожидал, что всё пройдёт так легко. Но Дзен, видимо, воспринял выражение моего лица по-своему и окончательно стушевался.

— Простите, вы… вы достойный человек. Что бы о вас ни говорили, но я… я… я убедился в обратном, — он тяжело вздохнул. — Вы, наверное, мне не поверите, но я, правда, хочу отказаться от своей клятвы. Если вы…

— Убью твоего отца?

— Да, — кивнул Дзен. — В ином случае я просто пойду по другому пути, и наши дороги разойдутся. От той клятвы я не собираюсь отказываться. К тому же мама… — он поморщился. — Не верю, что он ничего не знал. Или хотя бы не подозревал. А если нет… То, знаете, это ещё хуже. Ему было настолько наплевать, что он не заметил, как мою маму убили и подменили! Она никогда не была хорошей мамой, но она… Она была моей мамой!

К сожалению, Лорд Нурфолк прикончил Леди Лорану, графиню Виральскую. Спасти её было невозможно. Безусловно, я поступил довольно опрометчиво, потому что не отдал Бригитту на расправу Дзену, но, с другой стороны… Она не убивала его маму, это сделал Генри. А дети не ответственны за грехи родителей. К тому же и Дзену, и Бригитте я чётко и ясно обозначил ситуацию, и они согласились не трогать друг друга. Что будет дальше — большой вопрос. Но пока они заключили временное перемирие.

— У нас одна цель, — сказал я. — Леонид стал опасен. Он с лёгкостью может погубить всю Коалицию, и его это даже не побеспокоит.

— Тогда договорились, — Дзен протянул руку, и я пожал его ладонь.

Целых одиннадцать месяцев! Я снова подумал о том, сколько прошло времени, и покачал головой. Пролетели как один миг. В заботах, делах, тренировках… Битва с Леонидом была назначена через неделю. Конечно же, он об этом не знал. Я не собирался давать ему ни одного шанса, чтобы подготовиться.

— Чего застыл? — раздражённо спросил Золотой Император, появившись у меня за плечом. Он хмурился и сердито поджимал губы. Его тело было прозрачным и дрожало, словно по нему проходили помехи. Он стремительно слабел. — Собери яйца в кулак и заканчивай с этим.

— Легко сказать, — я невесело улыбнулся. В Шкатулке Бесконечности я провёл долгие годы. Время здесь шло намного медленнее, чем в реальности, поэтому в ней я фактически прожил вторую жизнь. И успел сродниться с людьми, которые мне помогали. Даже с Барбулом. В конце концов тот простил Бориса и перестал трястись каждый раз при виде меня. Мы почти подружились. Но больше всего я не желал расставаться с Андреа. После той прекрасной ночи я больше не позволял себе слабости, мы ни разу не делили постель, но тем не менее она постоянно была рядом и поддерживала меня. Я надеялся, что найду способ, как её отсюда вызволить, когда закончу обучение, но…