Воевода пожаловался, что пороху немного, да и стены в нескольких местах прохудились, да и ров почистить не мешает, заилился.

Я же только кивал, запоминая, и задавал новые вопросы. Даже на берег Волги сходили, посмотреть на рыбаков, что кидали невод, рядом же стояла парочка коптилен, откуда шел просто умопомрачительный запах.

Волга была здесь не такой уж и широкой, метров шестьдесят в ширину или чуть больше, и никакого моста, так что перебраться можно было только на лодке или пароме.

Вернувшись в палаты, мы отобедали, чем бог послал. Княжий стол, чего уж тут сказать, в основном преобладали блюда из рыбы, я это еще вчера заметил на пиру, но была и птица: гуси и утки.

— Как казачки? — поинтересовался я, ни к кому не обращаясь.

— Пленники связаны и сидят в темнице, — тут же прореагировал Илья, которому я дозволил усесться за стол в начале трапезы.

— Вот и славно, — кивнул я. — Елисей, развяжи их и снеди им дай, но немного. Так слегка брюхо набить, и еще пару бочонков хмельного.

— Чего это им? — буркнул Олег, на что я только улыбнулся.

— Ничего, пусть выпьют. Ты же, Елисей, не уходи, а будь рядом с ними только, чтобы тебя не видно и не слышно было. Да послушай, о чем они говорить станут, потом доложишь мне.

— О как, дельно, — улыбнулся Елисей, поняв мою задумку.

— Еще бы, подопьют, языки развяжутся, вот и выясним, удалось ли Федотке дело сделать али нет, — прогудел дед. У него все на лице было написано, что-то вроде «мой внук, моя порода».

— Я же монастырь посещу. С игуменом поговорю и не только с ним, — сделал я прозрачный намек.

Захватив грамоты и кошель с серебром, как подарок игумену, мы переправились через Волгу на пароме.

Монастырь располагался метрах в пятистах от берега, его окружали белокаменные стены, возле которых раскинулся посад.

— Благостно, — протянул Василий, когда мы прошли сквозь ворота и огляделись.

Перекрестившись, мы двинулись по тропке, что вела к самой большой церкви, и, когда до порога оставалось пару метров, на пороге появился священник.

— Здравы будьте, братья во Христе, и добро пожаловать в Свято-Успенский монастырь. Что же привело вас? Беда какая али печаль? Может, помолиться желаете или принять послушание? — произнес священник.

Он был огромен и ничуть не уступал в размерах моему деду, который с неудовольствием и ревностью на него смотрел и хмурился.

Ну еще бы, такой лоб явно должен был пойти по воинской стезе, а он. В общем, негодяй еще тот.

— Здрав будь, отче, — кивнул я. — По делу мы здесь, да не простому. Иова видеть желаю, — вскинув голову, ответил я, приподняв руку с перстнями к лицу.