— Андрей Володимирович, не можем мы тобой рисковать. А уж кто за ним стоит, мы узнаем. Дружков его спросим. Когда и где биться собрались? — серьезно произнес Хованский.

— Вечером, на Москве реке возле мельницы. Вот только биться буду я сам, и это мое последнее слово, — веско произнес я сам.

— Запру, — глянул на меня дед.

— Сбегу, — нагло ответил я.

Минут десять мы мерились с дедом взглядом, и это было не просто.

— Справишься? — наконец произнес дед.

Я твердо кивнул, и он махнул рукой.

С час мы обсуждали ляха, как и то, кто его мог натравить, и как следует биться, на что я только улыбался и кивал. После я ушел отдохнуть и готовиться.

Найдя Елисея, я ему шепнул, чтобы он за Прокопом с Богданом съездил, по ним я тоже соскучился, да успокоить их надо, что все хорошо.

Ближе к вечерне мы огромной толпой выдвинулись к мельнице. Нас было не меньше пятидесяти человек, ведь князья и за своими людьми послали, так еще и хмурый Василий со стрельцами нас сопровождал.

Возле мельницы нас уже ждала дюжина ляхов, которые при виде нашей толпы начали переглядываться и шептаться.

Остановившись в метрах двадцати от них, я слез с коня и проверил, как вынимается сабелька, и двинулся в сторону своего врага.

Вслед за мной, двинулись и князья, а так же дед, дядя Олег, Прокоп и Елисей.

— Князь ты готов умереть? — раздался веселый крик Анджея.

Глава 11

Глава 11

Глава 11

— Князь ты готов умереть? — раздался веселый крик Анджея.

— Умереть? — удивленно взлетела у меня бровь. — Нет, не сегодня, — улыбнулся я.

— Хах, будто тебя буду спрашивать, — осклабился Анджей.

Одет лях был в кольчугу, на голове железная шапка, на поясе — сабля. Я же оделся под стать в кольчугу и иерихонку. Правда, дед и другие убеждали меня надеть бахтерец, но я отказался. Тяжел он для меня еще, хоть и дает хорошую защиту. Да и биться долго с ляхом я не собирался, точнее, как такового боя вообще не было мной предусмотрено. Кто ж виноват, что этот полудурок сам сказал, что я могу взять любое оружие, вот я и взял. Ведь сзади за кушаком, которым я был подпоясан, пряталось целых два сюрприза.

— Мы драться сюда пришли? Или ты трепаться будешь, как баба на торгу? — зевнул я, показывая всем своим видом, что мне скучно.

Дед же хмыкнул, да и остальные мои улыбались.

— Молись, — прошипел Анджей.

Я вышел вперед и перекрестился напоказ, а после громко заявил, чтобы слышно было всем:

— Господи, дай мне сил, и пусть рука моя не дрогнет.

Расстояние между нами было около четырех метров, лях тут же достал саблю.

Я убрал руку за спину и положил ладонь на рукоять пистоля, готового к стрельбе.