— Благодарствую, Савелий, — кивнул я, и подьячий довольно заулыбался.
— А вот скажи еще, чего про Старицу рассказать можешь? — глянул я на него.
— Ох, княже, я тут и не знаю уж, чего сказать. То смотреть надо, да у местных спрашивать. Знаю, на Волге-реке стоит, кремль там есть каменный да княжьи палаты. Сам Иоанн Васильевич там был не раз и инородцев разных с посольствами принимал. Род ваш Старицей владел, Андрей Иванович Старицкий и выстроил там княжьи палаты, монастырь там есть и собор Бориса и Глеба, что воздвиг прадед твой, Владимир Андреевич. Крепость там сильная и нужная стояла. Пока с Астраханским да Казанским ханством бились, она путь по Волге им закрывала. Сейчас не надобно, нет больше опасности с той стороны.
— Благодарю, — вновь кивнул я дьяку, дальше так и ехали, перебрасываясь словами.
Ближе к полудню впереди показался земляной вал с деревянными башенками.
— Вот и Старица, — пробормотал подьячий.
— Василий, — крикнул я и завертел головой в поисках Батрудинова.
— Слушаю, княже, — появился он рядом со мной.
— Бери двоих да поезжай в город впереди нас. Упреди, что князь Старицкий едет. Пусть встречают, — улыбнулся я.
Глава 22
Глава 22
Возле стен расположился городской посад с маленькими кривыми улочками. Среди дворов мелькнуло стадо гусей, которых гнал босоногий мальчишка в серой рубахе с закатанными рукавами, его штаны были подпоясаны обычной веревкой и задраны по самое колено. Он размахивал огромным прутом, погоняя гусей.
— То хорошая примета, — усмехнулся дед, поглядывая на мальчонку.
Вдруг из городских ворот вывалила целая толпа, человек сто, не меньше, впереди шел Василий, а рядом с ним две женщины с цветастых и расшитых платьях, с укутанными волосами, они держали подносы, на одном был каравай, а на другом солонка. С другой стороны шли не менее представительные мужчины, одетые в богатые кафтаны и шапки, подбитые мехом, среди толпы виднелись и стрельцы в некрашеных кафтанах.
— Князь, князь! Какой молоденький. Мальчонка еще. А у него есть невеста? — неслось от толпы.
— Ха-ха-ха, оженить тебя уже хотят, Андреюшка, — расхохотался дед.
— Ага, слышу, — буркнул я, и дед засмеялся пуще прежнего. Из посада тоже начали выглядывать люди, заинтересовавшиеся происходящим, а те, кто посмелей, побежали к толпе.
Остановив коня, не доезжая до толпы, я улыбнулся и закричал весело и задорно:
— Здравы будьте, православные, и ты будь здрав, славный город Старица, — я соскочил с Черныша и в пять шагов подошел к толпе.
Вперед вышел мужчина лет сорока с окладистой бородой и весьма пронзительным взглядом зеленых глаз.