— Согласно подписанному договору госпиталь не имеет право разглашать имена, оплативших твою страховку, Йоширо-кун, — терпеливо объяснил терапевт.
— Что, даже мне?!
— Никому.
— Ну хорошо, а моё имя? И фамилия, если уж на то пошло? Мне самому-то вы же можете это сказать?
— Эти сведения сообщены нам не были, — добил меня врач. — В медицинской карте ты фигурировал как “пациент 548” до того момента, как назвал нам своё имя.
— Как же вы документы-то на меня оформили? — скорее по инерции, чем действительно из интереса спросил я.
— Больницы имеют право проводить идентификацию личности, — просветил меня Хаяте-сан. — Сначала полиция проводит поиск по своим базам, если совпадение не находится — документы составляются со слов пациента, тем более в твоём случае нам оставили достаточно денег для улаживания формальностей. Так что ты — именно Йоширо Эдо, и никто другой.
16
Известная всем поговорка гласит: “спасение утопающих — дело рук самих утопающих”. Что ж, даже если бы с посольством выгорело — два года в Отряде мне пришлось бы пробыть так и так. И глупо не проверить пусть мизерный, но шанс. Опять же, результат не строго отрицательный: даже полгода без еженедельной игры в русскую рулетку на японский манер — уже хорошо. Я не самурай, блин, чтобы из всех путей выбирать тот, что ведёт к смерти!
Но заниматься кардинальной сменой места проживания буду ещё не скоро, потому — время сконцентрироваться на непосредственных задачах. На прошлой неделе я было решил, что уже закрыл все “горячие” вопросы, к счастью, привычка жить с открытыми глазами помогла мне понять всю глубину заблуждений. Итак, со всей новой полученной информацией — приступим.
Я положил перед собой лист бумаги. Подумал — и перевернул на альбомный манер. Окунул кисть в тушь и справа сверху вывел иероглиф: “команда”. Под ним четыре имени: своё, Зэты, Мелиссы и Синдзи — особого выбора в плане состава у меня нет, и, вот совпадение, именно в этих троих я более-менее уверен. Во всяком случае, просто так от моего предложения не отмахнутся. Обдумают — уж точно. Даже, может быть, сразу согласятся. И… И всё.
Увы, но прямо сейчас я не имею ни малейшего представления, где, как и в чём тренироваться. Не говоря уже о тактике и прочих, более сложных вещах. Получится, как пятилетки в песочнице договариваются дружить, даже “по-взрослому” пожимают друг другу руки… и дальше силятся придумать, чем теперь таким вместе круто заняться.
Кстати, тянуть с предложением тоже особо не стоит. Только кажется, что год — это до чёрта времени. Нужен пусть самый схематичный, но план, хотя бы общее понимание стоящих задач, чтобы я мог распределить их на всех. Типа — “ты ищешь полигон, а ты — иди учить экстренную медицину, а с тебя доклад для всех “поведение группы в ближнем бою”.