— Что это?
— Джек Лондон, у него есть рассказ про боксёра. Парня лупят, но он держится, а потом побеждает. Деньги нужны на закупку оружия. После боя на нём живого места нет, а потом он вспоминает, что терпел не напрасно. Вот и я терпел ради Наума Гурвича, чтобы ему Лина жизнь не портила.
* * *
Необязательные сведения
Диалог о «Сказке о мёртвой царевне» — На самом деле определить географию сказки практически невозможно, разве что разместить царство в высокогорных районах, где снег не тает. Хотя автор честно предупреждает исследователей: «Сказка — ложь».
Гурвич. Наум Лазаревич. — Если вдруг разговор зайдёт о дефибрилляции, можете смело говорить; «А, это Гурвич придумал». Самая первая статья в истории медицины о возможности электрической дефибрилляции — его (совместно с Юньевым, с подачи Штерн, 1939 год). Самый первый в мире дефибриллятор сделал он. Потом — только улучшения. То есть конструкция оказалась настолько удачной, что за 70 с лишним лет другого не придумали. Оптимизировали, минимизировали, но суть осталась неизменной. С 1948 года и до конца жизни (умер в 1981 году) работал у Неговского. Трудно представить, но его изобретение спасло миллионы жизней. Памятник ему ещё не поставили.
Джек Лондон, у него есть рассказ про боксёра. — «Мексиканец», конечно. ГГ почти точно цитирует заключительный абзац.
Глава 24
С Сашей мы перезванивались каждый день. У неё подготовка к экзаменам, у меня работа и скорый отъезд. Про Испанию я ей не говорил. Успеется. Долгие проводы — лишние слёзы.
Зато десятого числа она поинтересовалась:
— Никита, есть планы на завтрашний вечер?
— Пока никаких. Но я открыт для предложений.
— Странно ты иногда говоришь, вроде все слова отдельно нормальные, а вместе получается каша.
— Они хочут свою образованность показать и всегда говорят о непонятном.
Саша прыснула прямо в трубку.
— В яблочко! Приглашаю тебя в гости. Родители идут в театр.
— Какой?
— Большой. Будут слушать оперу «Броненосец Потёмкин».
— Это Пуччини написал? Или Верди?
— Бери выше: Чишко.
— Не знаком с его творчеством.
— Короче, жду к половине седьмого.
— Вступительный взнос обязателен?
— Спрашиваешь! Пирожные! Без них на порог не пущу.
— Извини, но я знаю только, в каком ты подъезде живёшь. И этаж не первый. Давай номер квартиры.
— Двадцать три. И не опаздывай!
Неожиданно как-то. Девушка зовёт в гости и делает акцент на отсутствии родителей. К чему бы это? Ладно, узнаю. Не думаю, что всё идёт к постели. Скорее всего, пытается уберечь от допроса.
В назначенное время я нажал единственную кнопку звонка двадцать третьей квартиры. Отдельное жильё, никаких подселений. Дверь хорошая, добротная. Впрочем, рассматривал я её недолго. Потому что она открылась.