Спокойно донести покупку до комнаты не удалось. В коридоре меня окликнул Рапопорт:
— Никита! В баню пойти не желаешь?
— В какую?
— В Боевские, наверное, тут рядом. Хотя там очередь сегодня, выходной же.
— Или в Сандуны?
— Шиканём? А что, давай. Сядем на трамвайчик, и без пересадок. Встречаемся через пять минут у входа.
* * *
Горячей воды нет не только в нашей общаге. Много где ещё. Желающих попасть в дешёвые Боевские бани было больше, чем в очереди номер один на Красной площади. Так что правильно мы сели в трамвай и едем в Сандуны.
Я там был аж целых три раза. И всё — в своей молодости. Идея тогда казалась неплохой, но потом я понял: не моё. Вот примерно как рыбалка — признаю, что кому-то интересно, но не мне. А сейчас баня не роскошь и не блажь, а неотъемлемый элемент жизни. Холодной водой не намоешься, а греть и обливаться из ковшика — и вовсе грустное занятие. Чтобы вечером пот смыть — куда ни шло, но обходиться только этим — тяжкий грех.
В Сандуны очередь тоже стояла, но оказалось, это те, кто не желает платить за быстрый проход. А в зал подороже, двухрублёвый, работал фасттрек. И я, совершенно не жалея, отдал запрошенную цену, чтобы опустить чресла на мрамор. Веник можно было взять тут же. Я недолго колебался между берёзой и дубом, и выбрал первый вариант, как более мягкий.
Попарились, помылись. Юзик рассказал банный анекдот об изобретении азбуки Морзе. Я от души посмеялся, хотя и знал его. И кружка холодного пива влетела в желудок как родная, так вовремя появилась.
Хороший день. Простой и бесхитростный. И мысли в голове почти не появляются. Какая же красота!
* * *
Необязательные сведения
Кабаков — доцент, но заведует всего лишь кабинетом ЭКГ — стоит учитывать, что в 37 году это примерно как сейчас руководить отделением какой-нибудь компьютерной томографии. Или даже чем-нибудь более технологичным. Должность скорее исследовательская, вряд ли там бабушки массово в очереди под дверью сидели.
Юньев, Георгий Семёнович… Гурвич Наум Лазаревич — в 1939 году опубликовали статью об электрической дефибрилляции. Юньев потом от темы отошёл, а Гурвич создал первый в мире дефибриллятор и до самой смерти занимался этой темой у Неговского.
Доцент обиделся, что его не предупредили, за час прочитал материал трёх лекций — эту историю рассказывал о себе Игорь Фёдорович Бодня, доцент кафедры рентгено- и радиологии Харьковского меда.
Во времена закрывшегося полтора года назад Торгсина — официально Торгсин закрылся в феврале 1936 года. В период расцвета сеть насчитывала более полутора тысяч точек в стране.