Или, мне кажется?

Сердце стучит так, как это было в восемнадцать лет.

Тогда, когда поняла, что предали.

Но ведь сейчас мне нет до этого дела.

Или с внешней картинкой молодости и процветания гормоны заставляют переживать совсем по-иному те или иные жизненные вопросы? Они заставляют вспоминать забытое и оценивать его совсем в ином ключе.

Отчего так хочется лёгкости в теле? В этой увядающей клетке для совсем ещё молодой души? Вот я и произнесла это наконец-то. Почему, находясь в расцвете сил, мы так жаждем избавления от тяжести, пришедшей с годами? Наше тело – это действительно тюрьма для свободной души. Может быть, это просто инстинкт выживания, заложенный в нас с древних времён? Ведь лёгкость – это свобода движения, возможность быстро ускользнуть от опасности.

Опасность!

Я ощущала её всеми фибрами души. Не знала, откуда она придёт и что будет со мной дальше. Но то, что происходило с телом, с разумом, было действительно опасно. Для общества, и для меня в целом. Лёжа на полу в позе эмбриона, не сводила с отражения взора.

Засыпала. Слышала крадущиеся шаги возле мой входной двери в общем коридоре тамбура и снова тишину. Не сомневалась - это сосед, который на удивление был весьма неопрятным мужчиной. Он всё время находился дома. Айтишник, работающий на удалёнке. Чётко слышала его дыхание и то, как он курит в открытое окно.

Вставала, скользила, будто пригибаясь из комнаты на кухню, пила воду. Понимала, что живу на седьмом этаже, кому нужно за мной смотреть? И все же. Дом напротив совсем близко. Окна, вот они. Совсем чужая жизнь за ними. Люди сейчас мной воспринимались совсем в другом ключе.

Мне нужно было от них что-то. От всех сразу.

Изумительные глотки энергии!

Набирала новую воду из крана, отстаивала, глотала витамины и опустошала холодильник. В ход шли только овощи и рыба на пару. Мысли о мясе в любом виде, вызывали только тошноту.

Ложилась вновь на пол.

Смотрела и ловила взором хоровод пылинок, которые мерцали в лучах заходящего солнца. В какой-то момент заставила себя взяться за уборку. Но это уже была вовсе не я. И не та, что — когда-то счастливо улыбаясь, выходила замуж за молодого инженера проектного бюро.

Многое менялось во мне. Та женщина на фотографии во сне; я улавливала некое сходство с ней. Но в то же время и нет.

А после наступил настоящий голод.

Сколько прошло дней?

Господи.

Мне нужно было…

Как бы это сказать.

Не кусочек пиццы – это точно. Салаты – всё казалось уже не такой «живой» пищей. Про убиенную плоть животных в морозилке холодильника и думать не хотелось. Чёрная энергия насилия, я видела её воочию. Мне жизненно необходимо было то, что я поглощала от молодости и эйфории. От уверенности в своей уникальности. То, как могут себя чувствовать только юные и бесшабашные. Мне нужно было Это.