Аида стояла. Она даже не присела. Не позволяя этим расслабиться всем присутствующим в комнате. Бледная, с потемневшими глазами, она именно сейчас мне казалось, решала нашу судьбу.
«- нам точно нельзя в замок, где куча гостей и прислуги. Никто никого не знает. Масса входов и выходов, коридоров и комнат. Мы будем беззащитны в нём»!
Мне показалось или дама в платье горчичного цвета, кивнув в согласии, начала перебирать вдруг струны старинной лютни.
«- не стоит туда ехать, не повторяйте моих ошибок».
Она склонила голову в плотном чепце и арселе. Тень от её густых ресниц легла веером на нежную кожу. Музыкальные аккорды, льющиеся из-под её пальчиков, были наполнены эмоциями и страстью. Прекрасный ноктюрн звучал в сознании, рассказывая мне о том, как эта женщина боролась всю свою осознанную жизнь. Боролась, зная правду про то, как её брат — король Генрих VIII, меняя жён, хочет получить наследника, как страшится того, что именно её сын станет королём Англии, как плетут козни её придворные.
- Наш отъезд невозможен, виконт Элджернон, мы не покинем с сестрой стены дома, принадлежащего нам на законных основаниях в этой стране. Год не прошёл, как мы покинули Францию, где погибли близкие нам люди. Уважайте наш траур, милорд и наше состояние души. Мы молимся за нашу королеву и малолетних наследников короны, мы не готовы к увеселениям.
Голос Аиды гордо звучал в такт музыке, утверждая, что это совершенно правильное решение.
Глава 29
Его лицо и взгляд менялись не вдруг. Постепенно. Словно маска спадала, обнажая истинные чувства. Я считывала мысли и язык движений его тела. Они чётко проявляли презрение. Лорд надменным надсмотрщиком стоял возле нас с сестрой. Его взгляд стал холодным и отстранённым, и я поняла, что мы с Аидой для него всего лишь дамы полусвета, не заслуживающие уважения и внимания.
На удивление это было неприятно и обидно. В прошлой жизни я привыкла к иному. Человек, буквально двойник виконта Элджернона был всегда уважителен ко мне. Он был мне супругом, заботливым и очень ответственным.
«- и всё же мы независимы и свободны, никакие взгляды и мнения других людей не могут изменить это, пусть говорит, что хочет».
«- сейчас он покажет своё истинное лицо, лови дитя моё».
«- не надо со мной разговаривать в моей собственной голове»!
В ответ я услышала тихий смех, смолкла лютня.
- Мадемуазель Данбарская!
Мне кажется, Аида стала ещё бледнее.
«- уже не леди, просто мадемуазель, как актриса на содержании».
- Мне кажется, вы покрываете своего кузена. Где он?! Эти шотландские родовые отношения! Они несносны и отвратительно варварские, ведь речь идёт о чести настоящей английской леди! Ваш кузен отказывается выполнять взятые им обязательства по отношению к ней!