Это то, что я сразу на себя надел. Ну а когда исподнее переодевал, то пришлось заживающие раны на всеобщее обозрение выставить.

— Пулевое, вашбродь господин юнкер? — уважительно кивнул на шрам кладовщик в чине унтера.

— Да, — смутился.

— И где ж вас так? — осторожно любопытничает ветеран. У самого такой же крест, как и у меня, только медный.

— Над городом, — не стал скрывать. Всё равно все всё узнают.

— Так это о вас во всех газетах пишут? — догадался унтер. — Вона как. Вы, если что, всегда можете ко мне обращаться. Мы, кавалеры, своих не бросаем!

Отец сразу же помог Гергиевский крест прикрепить на мундир. Всё остальное кладовщик аккуратно в тюк увязал и передо мной на широкий стол бухнул:

— Тут всё. Забирайте, Вашство. Я вам своего помощника дам, солдатика, пусть донесёт до каптёрки. Только распишитесь в ведомостях.

Расписался, уж это-то я способен сделать. Левой рукой накарябал подпись, правую даже не стал утруждать. За соответствие описи не сомневался, следил потому что. А унести и впрямь не смогу, рука и бок пусть и поджили, но вряд ли способны выдержать такую нагрузку. Выручил кладовщик, молодец. И вряд ли синенькую отрабатывает, скорее по совести поступает. Кавалер.

Помощник без слов подхватил узел и понёс его на сгибе локтя. Так и пошли дальше. Впереди царёв порученец, за ним ваш покорный слуга с отцом, и замыкающим помощник с узлом.

На входе в казарму дневальный. Офицера поприветствовал, на меня глянул с презрительным любопытством, отца и помощника с ношей вообще проигнорировал, за слуг их принял, наверное. Выкрикнул дежурного, а там и завертелось. Носимые вещи сдал в каптёрку и отпустил солдатика, личные определил в тумбочку под бдительным оком сурового дежурного. Он же мне её и определил вместе с коечкой. Хорошо ещё, застилать не понадобилось, уже застелена была. А там и ротный подошёл, принял меня в собственном кабинете. Не удивился, когда вместе со мной оба моих сопровождающих зашли:

— Господа, мне уже доложили, что юнкер Шепелев числиться в училище будет весьма условно, — капитан с любопытством рассматривает меня, но обращается к сопровождающим. Задерживает взгляд на моём «Георгии». — Или вы к этому ещё что-то добавить хотели?

— Всё верно, — порученец протянул ротному конверт из плотной бумаги.

Подождал, пока капитан ознакомится с его содержимым и уточнил:

— Всё понятно?

— Так точно! — вытянулся ротный, опустил руки по швам, и я успел увидеть государеву подпись и печать на листке.

— За мной! — скомандовал мне и пошёл на выход.

— Форму надел, привыкай подчиняться приказам, — тут же прокомментировал отец и легонько подтолкнул меня к двери.