Приободрился градоначальник, но в боковое окошко больше не смотрел. Так и просидел столбиком на сиденье до самой посадки. Лишь перед приземлением ещё раз мелко-мелко закрестился, да снова за сидушку ухватился. И не отцеплялся до полной остановки мотора.

Отстегнулся, дверку открыл и на землю спрыгнул. Народ в штатском со всех сторон самолёт обступил, и куда только оцепление смотрит? Всё забыли, о чём инструктировал!

Зато не пришлось помогать градоначальнику вылезать из кабины, помощников набежало столько, что первого в городе воздухоплавателя самым буквальным образом на руках из самолёта вынесли. Ох и возгордился же голова…

Каждому хочется на счастливца посмотреть, послушать, что он о своих впечатлениях расскажет. Заодно, пользуясь случаем, похвалить за храбрость, комплиментов с горкой накидать. А он и рад, улыбается довольно, платочком вспотевшее одутловатое лицо промокает. Чую, разговоров в городе до весны хватит…

— Господа! Господа! — пошёл вокруг аппарата, отодвигая напирающую и гомонящую толпу в сторону. — Не напирайте, прошу вас!

Бесполезно, толпа за моей спиной снова смыкалась, возвращаясь на прежнее место. Хорошо ещё, что руками за крылья не хватались.

Тут и Паньшин появился, пробился через толпу, растолкал людей в стороны, помогать мне принялся. А там и Валевачева командный рык послышался, офицеры подключились, дело веселее пошло. Ну и градоначальника толпа на руках в сторонку отнесла, там на землю и опустила. И народ сам собой вслед за ним тут же последовал, словно цыплята за наседкой. У самолёта просторно стало, я вздохнул с облегчением — кажется, пронесло! В том смысле, что беда миновала, не поломали технику…

Рано я обрадовался…

Вот она где, настоящая-то беда! Откуда только взялась на мою голову? В шляпке, в светлом, кремового цвета платье, на каблучках и с зонтиком в руках. Дочь Ивана Васильевича. Держись, Митрий! Сейчас начнутся сложности. Попробую перевести их на Якшинского и Валевачева, им проще будет отбиваться.

— Папа́, я тоже хочу прокатиться! — при приближении дочери градоначальника толпа восхищённых его недавним мужеством горожан раздалась в стороны.

А дочурка не одна, а с небольшой компанией молодёжи. Три девушки примерно одного возраста и двое франтоватых молодых людей, моих ровесников. Девушек на балу я точно видел, с той, которая в серединке держится, даже танцевал разок и во время тура вальса немного разговорился. Удивила своим серьёзным и необычным для девушки отношением к технике и к моему самолёту в частности. Всё расспрашивала, как и из чего он сделан и каково это, под облаками летать. Закончился танец, и я её больше не видел, к сожалению.