Попытка номер два оказывается успешной. Эта дура пыхнула и затарахтела. Из глушителя, а он здесь над капотом, прямо мне в лицо клуб копоти вылетел. Отшатнулся, одной рукой глаза от сажи протираю, второй к кранику тянусь, открыть пытаюсь. Пальцы соскальзывают, но кое-как справился, не заглох агрегат.

Оборачиваюсь, где-там дядька, пусть порадуется на мои успехи. А бедолага сидит на корточках, за пах держится, кривит страдальчески физиономию и на меня смотрит. А в глазах вселенская скорбь плещется напополам с испугом.

— Что случилось? Ты чего это расселся? — растерянно спрашиваю. Другого ничего не нашёл, чтобы спросить.

— Чего, чего, — бурчит дядька и с кряхтением встаёт. — Смотреть нужно, куда руками целишь! Ты смотри-ка, работает! А я не верил!

— Не верил он, — улыбаюсь во все свои, сколько их там у меня? Короче, улыбаюсь!

— Охти ж ты мне! — охает дядька. Тянется рукой к моему лицу.

Я на автомате отшатываюсь. И тогда он осторожно говорит:

— Что это у тебя всё лицо чёрное стало?

— Где? — заглядываю в отражатель левой фары и начинаю громко хохотать. Так, что заглушаю смехом бодрое тарахтение этой газонокосилки! — Это сажа из выхлопной трубы прямо в лицо попала.

— Сажа? Из выхлопной? — жуёт губы дядька.

— А ты что думал? — успокаиваюсь и пытаюсь тщетно стереть эту дрянь с лица рукавом.

— Ты что делаешь? — останавливает меня дядька. — И так на тебе вся одёжа горит. Не напасёшься! Постой, я тебе сейчас чистую тряпицу принесу!

— И воды, воды принеси! — кричу ему вслед.

Буквально минута и наставник появляется из глубины сарая с полным ведром воды и какой-то тряпкой в руке:

— Сам справишься или помочь умыться?

— Сам справлюсь, — начинаю умываться.

Сажа оттирается плохо, приходится сильно тереть. Скоро кожа начинает гореть. А дядька всё порывается помочь, то и дело отталкиваю его руку.

— Ладно, пока и так сойдёт! Потом отмоюсь! Ну, что, прокатимся? Лезь на сиденье! — и сам первым запрыгиваю на широкую скамью, обитую кожей. — Разберусь только, что здесь за рычаги.

— Николай Дмитриевич, — в голосе дядьки отчётливо проскакивают явные нотки страха. — Может лучше ну его? Закатим эту дуру на место, да и пусть стоит до возвращения батюшки?

— Обязательно закатим, — соглашаюсь и киваю, а сам орудую рычагами. Понятно, этот управляет передними колёсами, это тормоза, это ещё тормоза, стояночные, а это отвечает за переключение передач. Ну, что, поехали? И мы тронулись. Только сразу же заглохли. Пришлось слезать и снова крутить рукояткой запуска. Но уже без отбития пальцев и ладоней. И в этот раз у меня получилось тронуться с места!