— Я опять тебя огорчил?
— Нет, что ты! Приготовленный мужчиной собственноручно завтрак не может огорчить женщину. Но обед готовлю я. Хорошо?
— Хорошо. Где будем завтракать?
— Здесь. Или нельзя?
— Можно. Я давно отвык от дворцового этикета и предрассудков аристократии. — Он вдруг погрустнел. — Очень давно…
— Тогда, за стол?
— Что? Да, конечно. Проходи. — Он перенес приготовленный поднос на маленький стол. Отодвинул для меня стул. За спиной услышала какой-то судорожный длинный вдох. Такое ухаживание было для меня непривычным. Чувствовала себя немного неловко. Нет. Правила этикета я знала. Работа в кафе и учеба даром не прошли. Но вот так. Чтобы быть объектом, а не учебным пособием для студентов на занятиях по этикету, не привыкла еще.
Вместо того, чтобы обратить внимание на стол, уставилась на сервирующего этот стол Хаади. А там было на что посмотреть. Нет. Чисто внешне он не изменился. Одежда другая. Вид по сравнению со вчерашним посвежел. Да, красив. Но. Взгляд потемнел, потяжелел. Брови насуплены. Нижняя губа поджата и чуть прикушена. Ноздри расширяются при каждом вдохе, словно он принюхивается. Мое хорошее настроение тоже резко слетело.
— Что случилось? — Наг переглотнул, но молчал. — Хаади… Я ведь не отстану. Что не так?
Он закончил с сервировкой стола. Нарочито медленно прошел к своему стулу. Сел. Поправил стоящую перед ним посуду. И только тогда поднял на меня глаза.
— Хаади!
— Твой запах. Он изменился. За то время, пока я был здесь.
— Но это нормально. Я приняла душ с новым мылом. Его запах мне показался вкуснее.
— И это тоже… Я сейчас успокоюсь и объясню. — Он судорожно сжимал в руках маленькую ложечку. Разжал пальцы. Ложечка брякнула о стоящую рядом чашку с громкостью корабельной рынды. — Поверь, я… я не… не прикасался к тебе. Да, переодевал и обтирал, чтобы сбить жар. Но это не то. — Он замолчал. Его нервозность начала передаваться мне. Это признание, и то, что он сам начал разговор, и так выбили из шаткого равновесия. А тут еще эти паузы после каждой фразы. — Наги… от природы обладают отличным обонянием… И такое изменение запаха могут различить с первых часов, даже с первых минут. Но… Это же невозможно! — Меня уже начало потряхивать мелким ознобом. Он что? Нюхал меня все это время? Может быть, мыло с эффектом приворота? — Могу поклясться Великой, моей вины в этом точно нет! — Хаади сгреб ладонью подбородок, словно хотел оторвать всю челюсть. — Ради… Ты беременна?
Навалило облегчение. Вырвавшийся неожиданно даже для меня нервный смешок ударил по звенящей тишине не хуже грохота свалившейся со стеллажа кастрюли. Я выдохнула, а вот Хаади напрягся еще больше. Он уставился на меня в немом ожидании, положив руки на стол. Посмотрела на подрагивающие пальцы.