Я плакала. Сначала от боли в руке. Потом от стыда. Потом от жалости к себе. Потом от бессилия что-либо изменить. Я для этого огромного волка всего лишь дичь. А он охотник. И он все равно настигнет меня рано или поздно. И если сейчас моя магия пусть и таким уничижительным способом спасла меня от вероятности стать обедом, то с ее непредсказуемостью трудно загадывать дальше. Что проявила себя так именно моя сущность, которую демон показал мне в зеркале, я уже поняла. Как поверить в то, что все это происходит именно со мной, и принять как само собой разумеющееся? Пусть это будет только сон. Весь мой сегодняшний день — только сон.
Сон. К которому можно относиться по-разному. Можно, как к кошмару. Столько пережитого страха хватило бы на всю оставшуюся жизнь. Дважды. Нет, трижды я была на волосок от гибели. Избежала вероятности быть изнасилованной в постели наместника, а быть может, и более страшной участи еще там, на мосту. А можно бы и оставить в памяти только чувства волчицы к черному. Раз уж мне-человеку суждено получить от физической близости только боль, хоть так почувствовала себя женщиной. А что если наплевать на выполнение чужого желания? Все равно возвращение домой не принесет ничего, кроме вечного одиночества. Застрять бы вот в этом образе волчицы и быть счастливой рядом с черным. Говорят, волки моногамны.
Треклятый демон не учел подобного хода событий? Или его взгляд уже тогда обещал мне именно такой поворот?
Глава 12.
Наверное, я так бы и уснула, свернувшись калачиком на мягком, но от того не менее холодном ковре из мха, если бы не осторожные шаги рядом. И это не были шаги зверя. Это была пусть и осторожная, но поступь уверенного в себе мужчины.
Пустой лес. Если не считать того черного волка, я за те несколько часов, что здесь провела, не встретила даже муравья. И в этом пустом лесу рядом со мной мужчина. Тошнота подкатила вязким комом. Сердце, едва сбавив ритм, опять перешло в режим барабанной дроби. Боже милостивый, пусть он пройдет мимо! Я осторожно повернула голову в сторону так испугавших меня звуков. Мужчина стоял достаточно далеко, подобное обычно помогало мне справиться с начинающейся паникой. Но облегчения это открытие мне не принесло. Он был голым. Полностью. Абсолютно. Моя фобия зависла. С одной стороны расстояние было пока не настолько близким, чтобы начать паническую атаку. С другой — новые вводные: мужчина не одет. Привык к одиночеству? До такой степени, что ходит по лесу голышом? Пока я решала, разрешать ли панике развиваться дальше, не отводила глаз от его лица, словно пытаясь прочесть по нему, что входит в планы этого человека. Опускать глаза было страшно, так же как, и терять мужчину из виду. Заметив меня, он сначала с удивлением смотрел в мою сторону, а потом явно смутился. Сначала резко дернул на себя ветку ближайшего куста в попытке прикрыться. Потом шагнул за ближайшее дерево.