— Угу, — Вадим хрюкнул, продолжая ожесточённо бить клопов, но переезжать, оставляя без присмотра Агафью и свой мешок, не посчитал нужным. Тоже мне, дурачка нашли! Стрелец вроде как заснул, а Вадим продолжал сражаться с клопами. Раздавив всех, кого нашёл, он повернулся на другой бок и снова заснул.

Неизвестно, какие планы были у стрельца, но он не посмел их тронуть ночью. Может, не хотел, а может и побоялся. Проснулся Вадим вслед за остальными. Люди постепенно стали вставать, громко при этом ругаясь и издавая другие звуки, резкие для уха Вадима. Он хотел ещё поваляться, но не получилось. Началось движение туда-сюда одевающихся, ругающихся, кашляющих людей. Кто-то прыгал на одной ноге, натягивая лапоть, кто-то сидел на кровати, свесив чёрные немытые ноги прямо на голову соседа. В общем, развлекались, как могли.

Портянки и портки за ночь у многих высохли, что не добавило, впрочем, свежести воздуху. Наконец кто-то распахнул дверь на улицу и впустил в помещение волну чистого, свежего, ароматного утреннего воздуха. Восхитительная струя ветра, пахнущего хвоей и травами, выманила наружу гнусные миазмы мужского коллектива. Сразу захотелось дышать полной грудью, и жизнь показалась на порядок веселее. Вадим спрыгнул с полатей и стал одеваться, попутно проверяя целостность вещей.

Всё же, он не досчитался шапки, которую кто-то смог умыкнуть ночью. Ругаться с хозяином не хотелось. Да и шапка старая уже и ему не нравилась. Пока лето, она не сильно-то и нужна. Вадим оделся, собрал вещи. Разбудил Агафью, она тоже оделась, взяла свой узелок. Уже уходя, Вадим бросил взгляд на непокрытые головы товарищей по несчастью. Большинство отпускали волосы, изредка их подравнивая, от случая к случаю. Вадим поступал также, но это было некомфортно.

Проблем и так много, а парикмахеров здесь не наблюдалось. Агашу, что ли, попросить обкорнать его.

— Как спала, пигалица? — обратился он к девочке.

— Хорошо спала, только ты меня постоянно ногой лягал.

— А тебя клопы не кусали?

— Так я им привычная. Я травки заветной набрала с собою перед городом, и под платье сунула, а они не любят её. Они же везде есть.

— А почему мне не дала травы этой и не предупредила?

— Так я думала, что ты знаешь и привычный.

— Ладно, — махнул рукой Вадим, — пойдём завтракать.

Проведя рукой по волосам, он вновь подумал, что надо искать цирюльника, хотя он вообще тут есть? Вздохнув, Вадим подхватил вещи, и они направились завтракать. Завтрак был заказан, и они смогли спокойно поесть кашу-размазню, запив её даже не узваром, а стаканом холодного, только из погреба, молока. Больше здесь делать нечего и, пнув дверь и пропустив Агафью вперед, он вышел из помещения душного постоялого двора.