— В обрез, Сянь Ню, это вообще ни разу не вовремя, это почти позор, просто приодетый в удачу, не более. — Юй надменно вскинула подбородок, от чего народ вновь ахнул, ну что за высшая кровь! Сама Юй, ни на кого не глядя, направилась к лестнице ложи, у которой уже вытянулись гвардейцы, естественно узнавшие богиню красоты ещё издалека. Они склонились, опустив взгляд, ибо не имели право смотреть ей в глаза, и пропустили её. Юй ступила на ступеньку и тихо выдохнула. Успела! Слава Небу. Можно расслабиться. Всё. Теперь выровнять дыхание, убрать с лица раздражение. И вот, в ложу поднялась уже совсем другая женщина. Спокойная, холодная, безупречная, перед которой кланялись, и в чьём присутствии подбирались даже Лорды.

Шэнь, заметив её появление, почтительно склонил голову. Он всегда её хотел, но увы, Юй была неприступна. Пэн и Сюй ответили на её поклон сдержанно, как и Чжан с остальными. Они уважали её, но не были друзьями или даже союзниками. В Китае, вообще, не всё так просто. У каждого Лорда свои интересы, и если им кто-то мешает…

Чиновники же и аристократы с благоговением раскланивались перед Юй. Кто бледнел при виде такой красоты, кто багровел, так шустро обмахиваясь веерами, что вот-вот взлетят или сдуют брови.

Госпожа Юй опустилась в приготовленное для неё кресло, одно из лучших в ложе, расправила винные шелка, сложила на подлокотники белые руки и устремила томный взгляд на помост, также не зная, кого сегодня казнят.

Забарабанили барабаны.

Торжественно свесили полотна драконов по единственно свободному проходу среди моря людей. Стражники выпрямились смирно. И прокричал глашатай:

— Его Императорское Величество! Сын Неба! С Императрицей Поднебесной и принцессой Лянь!

И площадь рухнула на колени.

Волной, как падает трава под ветром. Первыми те, кто стоял у западных ворот площади, затем средние ряды, после передние, и вот, уперевшись лбами в серую брусчатку, замерли тысячи людей. А над площадью повисла оглушительная тишина, будто все перестали даже дышать. В ложе также поднялись и склонились.

Императора несли в открытом паланкине под жёлтым балдахином, как и подобает правителю Китая, ведь жёлтый цвет принадлежит только ему, как и земля и вода и вся империя. Сидя в паланкине, он смотрел прямо с отреченным лицом, будто все земные удовольствия и беды его никак не волнуют, а сам он и не человек вовсе. Так и положено Владыке, так его учили с раннего детства.

За императором, на положенном расстоянии, шла императрица в парадном, тяжёлом от золота одеянии. Бледная, с опущенными глазами. Рядом с ней, держась за материнское плечо чуть крепче, чем позволено дворцовым этикетом, шла юная девица в нежно-розовом платье и вплетёнными лотосами в причёске. Принцесса Лянь. Тонкая, как стебель. Красивая, расцветшая. Она старалась выглядеть безмятежно, но всё равно нет-нет да и что-то в ней вздрагивало. Нечто не просто тревожащее, а тихо сводящее с ума. Омерзение, боль и страх, в котором она тонет, не имея возможности выплыть. Она случайно увидела мать с Мордредом… Они в плену. На виду всего Китая, но не имеют сил выступить против. Ужас наяву.