— Наверное, мы не подходим… Ну, несовместимость у нас энергетическая, — проговорил Борода, как выяснилось, большой поклонник нетрадиционных религиозных течений и всяческой эзотерической мути.
— Что там тебе веды сказали? — ядовито ухмыльнулся Игнат.
— Не веды, а руны, — не менее ядовито поправил его Круминьш. — Ты ж гадаешь на рунах, да, Егор? Мне суженую нагадаешь?
— Марк! — Димидко погрозил ему пальцем, вспомнив конфликт с Сэмом.
Круминьш казаха больше не трогал, но, видимо, его организм вырабатывал столько желчи, что Марк не мог с ней совладать, и она выплескивалась то на одного, то на другого.
— И правда интересно, что в этот раз, — пробормотал Колесо.
— В смысле? — не понял Димидко.
— Какое дерьмо случится сегодня… — уточнил наш кореец.
— Вы мне это бросьте! Что за настрой, я не понял? У «Спартака» выиграли, и сейчас выиграем.
— Да! — Сэм ударил кулаком о ладонь. — Как Тузик — тряпку!
— Не загордитесь заранее, ребятки. Нам еще играть и играть! — заземлил его Димидко. — Все, время. Пора. На поле!
Глава 7 Выскочки
Похоже, тренер сам не определился, возгордились мы или сомневаемся в собственных силах. А вот «титаны» очень даже определились, все были настроены на победу. Причем не рвались в бой с шашками наголо, а понимали: соперник серьезный, важны осторожность, скорость и, главное, хитрость. Головой работать надо — в обоих смыслах.
И вот команды выбегают на поле, объявляют состав.
Болелы скакали и рукоплескали, приветствуя «динамиков», крики наших немногочисленных фанатов терялись в общем хоре. Когда объявляли меня, вроде бы кричали громче, даже болельщики «динамиков» приветствовали звезду мирового масштаба.
Когда расселись болелы, стало ясно, что на трибунах есть свободные месте — все-таки у «Динамо» нет такой народной поддержки, как у «Спартака». Кто их публика? Сотрудники правоохранительных органов, в том числе бывшие, и их семьи, которым боление за «Динамо» передалось либо наследству, либо воздушно-капельным или половым путем.
Я привычно похлопал по штангам, подпрыгнул до перекладины, шлепнул ее слегка. Вот — рабочее место. Тут и будем сегодня показывать класс игры. Сегодня на их воротах Караев — молодой парень, мой ровесник, которому пророчат великое будущее, со мной сравнивают. Тоже для вратаря невысокий: метр восемьдесят пять, зато реакция отменная.
В одной заметке писали, что это поединок Нерушимого и Караева, двух восходящих звезд. Ну, посмотрим. Я пробудил внутренний огонь, равномерно распределил по телу и приготовился.
Свисток! Понеслись!
Схема обычная. Они играют в четыре-три-три, которые превращаются все время в странное три-пять-один-один — так же, как в нашем мире, но на острие атаки не Смолов, который играет в ЦСКА, а безвестный в нашей реальности Ян Мизерный, которому больше подошла бы фамилия Грандиозный. У нас привычные пять-три-два, которые легко трансформируются то в четыре-четыре-два, когда Микроб становится настоящим полузащитником — это если не сильно нажимают на наши ворота. А то и в три-пять-два, когда оба края поднимаются и создают толкучку в середине. Но всегда — двое впереди. Сегодня там два «столба», наши слон и лось — Самат и Рябов. Это мне удобно — можно спокойно лупить через среднюю линию, а там или один, или другой зацепятся за верхний мяч, опустят, прикроют, выведут на позицию…