Креона гордо вздёрнула нос и хмыкнула.

— Ругаюсь. Но нам, северянам можно…

Я лишь улыбнулся.

— Там магическая зона?

— Да, и можно лишь подозревать, что за могучие существа там обитают. И не нашёлся ни один ещё магистр, который пожелал узнать, что внизу, и обрести там силу, — Креона улыбнулась, — Там всегда мороз, но таким вонючим свежим воздухом ты бы дышать не захотел.

Корабль медленно плыл, минуя первые рыбацкие лодки. Люди, тянущие сети с блестящей на солнце рыбой, вставали на лодках и прикладывали руки козырьком, пытаясь высмотреть, что происходит на нашем большом корабле. Он в этих водах, наверное, был единственным таким крупным судном.

Не удивлюсь, если тот корабль, который мы оставили у скалистого берега, был вторым знаменитым здесь судном. Вот рыбаки и гадали, почему моряки прибыли без сопровождения.

Мы от греха подальше держались в рубке. По договору наши моряки, если хотели жить, делали вид, что всё отлично. Поэтому штурман только махал да отвечал на свист.

А слишком любопытных отгонял наш бард, который, прижавшись спиной к борту, наигрывал на лютне замысловатую мелодию. Она как-то незаметно, нота за нотой вплеталась в скрип снастей и в плеск воды, в крики чаек и в ругань рыбаков… Поэтому корабль плыл себе дальше, а рыбаки, приветственно махнув морякам, снова принимались за работу, забыв о своём любопытстве. Работы невпроворот, некогда им головами крутить, вон сети как натянулись от количества рыбы.

На одной из лодок загалдели, когда вытянули сеть, которая пару мгновений назад чуть ли не грозилась перевернуть судно… и вдруг оказалась пустая. Зато рядом со мной в рубке возникла тень цербера, который довольно чмокал и со смачным хлюпом втянул застрявший в зубах рыбий хвост. Всё помещение тут же наполнилось рыбной вонью, и Креона, ахнув, зажала нос.

— Кутень, давай отсюда, — буркнул я.

— Ням-ням-ням! — цербер унёсся опустошать следующую цель, а Лука засмеялся.

Вот ведь ленивая задница этот Кутень. Всю дорогу плыли по морю, полному рыбы, и он ни одной не поймал, хотя был способен нырять и перемещаться под водой — для тёмных существ что вода, что воздух неразличимы.

Но нет, ему церберская гордость не позволяла…

А как доплыли до рыбаков, где сети ломятся от рыбы, так ему не зазорно выжрать целые лодки чужого улова. Меня, конечно, должна была уколоть совесть, но я лишь хмыкнул.

— Так они ж ещё поймают, — сказал Лука, стоя рядом, — А Кутень просто собачка.

— Да уж, собачка, — улыбнулся я.

— А ты точно светлый? — спросила Креона, — Это же чужой труд.

— А нам, светлым, можно! — тут же парировал Лука, вспомнив оправдание Креоны, и чародейка рассмеялась.