Гай развёл руки в стороны, впитывая в себя эти остатки и создавая их слепок. От чужой магии пахло коварством, злым умыслом и… отчаянием. Таким жгучим и горьким, что этот привкус, казалось, ощущался даже на языке.

Любопытно…

До какого отчаяния и по какой причине может быть доведён человек, похищающий девушек? Он маг и сильный. Что подтолкнуло его начать свои преступные деяния?

Вспомнив число и месяц, когда пропала первая жертва, Лэндон не сумел сопоставить эту дату ни с чем другим. Но, судя по всему, для похитителя она что-то значила. Что-то произошло и скорее всего не в этот день, а накануне, может быть, даже за неделю или больше. Что-то, с чего всё и началось. Отчаяние… Где же он совсем недавно его наблюдал? На чьём лице отметил это выражение?

— Так мы идём или нет? — вторгаясь в ход его мыслей, капризно подал голос Крокс. — Не нравится мне тут. Неуютно.

— Ах, тебе неуютно⁈ — развернулся к нему глава магистрата. — А представь, каково сейчас Аринсе! Тебе на неё совсем наплевать, да?

— Ну почему же наплевать… — замялся тот. — Просто… я ведь ничего плохого ей не сделал! А она по морде!

— Правильно сделала, — процедил Гай. — Я бы тебе тоже с удовольствием по морде вмазал. Ладно, пошли.

Пусть он и не считал Рауса виноватым, проверить его алиби всё же следовало. Хотя бы для протокола. Вот и пришлось идти к нему домой и выслушивать показания взволнованных родственников, слуг и соседей, которые и вправду подтвердили, что Крокс вернулся домой вечером, в одиночестве и с красной щекой, а также — что до вечера следующего дня этот бездельник никуда не выходил.

Слепок чужой магии Лэндон бережно запечатал и сохранил. В магистрате, куда он отправился прямо из дома Рауса, результаты проделанного им за день расследования высоко оценили, но сам Гай был собой недоволен. Казалось, он упустил что-то важное, проглядел какую-то зацепку, и это его тревожило и не отпускало.

— Сегодня ночуем здесь, — оповестил он сотрудников. — Дело крайне важное. Пока следы магии похитителя ещё свежие, надо разложить её на составляющие, может, что и выясним.

— А где гарантия, что эта магия именно преступника? — сцедив зевок в кулак, осведомился заместитель главы магистрата. — Может, другой какой маг там мимо проходил. А мы драгоценное время тратить будем, ночь не спать…

— В нашем деле, друг мой, нет никаких гарантий, — ответил ему Лэндон. — Но проверить нужно всё, и это не обсуждается. Так что за работу!

Он вспомнил об Элинайе, с которой утром даже словом не перемолвился, и вздохнул. От мысли, что она ждёт его дома и наверняка беспокоится, что-то сдавило в груди. Так непривычно… и в то же время приятно. Да, с её необычностью тоже нужно будет разобраться. Но самое главное Гай знал твёрдо — Элинайя дорога ему и важна для него не как живая игрушка, которую можно заменить, а как та, с кем он бы хотел провести всю свою жизнь.