— Ты не нечисть! — выпалил тот, опешив, и Лэндон понял, что ему пора вмешаться.
Шагнув вперёд, он направил в спину преступника магическое оружие, вызывающее мгновенный парализующий эффект.
— Тэренс Гримс, именем закона империи Ниран ты арестован!
Элинайя вскрикнула, когда Гримс перехватил её руку, из которой выпал осколок, заломил за спину и притиснул девушку к себе, желая прикрыться от удара её телом.
— Сделаешь ещё шаг, и я сломаю твою игрушку, Гай Лэндон! Ведь это я её создал, не так ли? И мне известно, как сделать, чтобы вывести её из строя! Интересно, куда потом денется душа твоей любимой иномирянки? Или ты не знаешь, с кем провёл всё это время?
— Я знаю, — ответил ему Гай и увидел отразившееся на лице Элинайи изумление. — Я знаю всё. Отпусти её.
— Нет уж, мы уйдём вместе. Все вместе. Или я убью обеих прямо сейчас!
— Ты не сделаешь этого!
— Хочешь поспорить? — осклабился Тэренс Гримс. Он сильнее сжал руку девушки, и она вскрикнула от боли. — К тому же я вижу, что ты пришёл один. Очень самонадеянно с твоей стороны. Ну же, пропусти нас!
— Не дождёшься! — парировал Лэндон, вытаскивая второе припасённое оружие — призрачный хлыст, который взметнулся вверх, удлиняясь, и обвился вокруг шеи Гримса.
В это время произошло кое-что ещё. Аринса Талберт, чьи ноги были не связаны, резко дёрнулась, ударив Тэренса по коленям, и тот покачнулся, выпустив наконец-то Элинайю. Хлыст натянулся сильнее, превращаясь в удавку, и создатель кукол захрипел. Но продолжал бороться. С его скрюченных пальцев сорвалась чёрная молния. Атакующее заклятие давно запрещённой магии понеслось к Лэндону и… ударило прямо в спину заслонившей его Элинайи. Элины!
Девушка рухнула на пол. Гай наконец-то использовал парализующее оружие, и Гримс превратился в застывшую статую. Но на него Лэндон уже не смотрел, склонившись над той, которая так отчаянно бросилась на его защиту.
— Эли… Элина… — шептал он, глядя на бледное лицо и побелевшие губы. — Только не умирай, пожалуйста… Как же я без тебя?.. Не оставляй меня, я ведь люблю тебя!
Гай не был целителем и понятия не имел, как лечить кукол. Оставалось лишь молиться и отчаянно надеяться, что она выживет. И когда ресницы девушки дрогнули, он склонился ниже, ловя слетающие с её губ слова.
— Я… тоже тебя люблю… — выдохнула Элина.
И погасший вдруг мир снова окрасился для него яркими красками.
Эпилог
Неделю спустя
— Как ты себя чувствуешь? — заглянула ко мне в комнату Фрези Лийу.
— Всё хорошо, я в порядке, — ответила я, улыбнувшись небесной птице. В последнее время она стала очень заботливой. Как, впрочем, и хозяин дома.