— Отдаете?

— Для вас — с радостью.

— А если не для меня?

— Тоже с радостью, но уже безо всякого ощущения эксклюзивности.

Дама следователь звонко рассмеялась, показав белоснежные ровные зубы. Острота клыков почти не выражена, но у нее определенно сильная кровь — я это кожей чувствую. Плюс дама следователь чернокожая, в анамнезе могут быть традиции вудуизма, с такой сударыней вообще опасно иметь дело даже без мундира Третьего отделения.

— Вы зря расстаетесь с этим прекрасным овощем. Любите готовить?

— Если только в исключительных случаях.

— Кабачок нужно натереть на крупной терке и посыпав солью — по вкусу, перемешать и оставить в миске на четверть часа. За это время выделится сок, его надо отжать и слить, после этого добавить одну-две столовых ложки муки, одно-два яйца — в зависимости от размера кабачка, специи и пошинкованную зелень по вкусу, только не кинзу ни в коем случае, а вот укропа много не будет. Получившуюся массу выкладывайте ложкой на заранее разогретую сковороду, жарить до золотистого румянца. Получите гастрономический оргазм, господин барон, не каждый ресторан подарит схожие ощущения.

— Буду иметь в виду, спасибо.

— Так что, расстанетесь с кабачком?

— Я из Моршанска.

— И?

— Там везде частные хозяйства, думаю найду новый ради оргазма.

— Гастрономического.

— Так точно.

— Отлично, тогда этот я заберу. Расскажете, откуда у вас прототип?

— У меня нет никакого прототипа, — удивился я, показательно взметнув брови.

— У вас нет прототипа?

— Нет.

— Хм, — озадачилась дама следователь, не почувствовав в моих словах лжи. — Расскажите тогда, что только что произошло с вашим бывшим опекуном.

— Прибыл на беседу, он начал жаловаться мне на судьбу и грехи тяжкие, потом вышел из себя и обратился, как я понимаю, в бестию. Ужас такой, что я, честно сказать, чуть-чуть испугался и едва штаны не намочил, отчего подробностей произошедшего не запомнил.

— Нравятся ямочки, говорите, — взгляд немигающих глаз уткнулся в меня.

— Какие ямочки?

— Вот и я думаю, какие ямочки, — пожала плечами дама следователь.

Вот сейчас не только я ступил на скользкую дорожку.

Честь в нашем мире есть даже у варваров, не нужна она лишь кочевникам без роду и племени. Все, кто на ступенях стоит выше кочующего маргинала, социальный капитал нарабатывают в долгую, упорным трудом через связку репутация — авторитет, а без чести, или хотя бы честности, это невозможно.

Да, к власти, как к наивысшей точке авторитета, легко прийти на штыках, но очень неудобно на них сидеть — так что сейчас дама следователь очень рискует. Красная аристократия — это ведь не торгово-промышленные гильдии, это боевая каста, для которой честь первое дело. Сейчас же дама-следователь может нанести урон не только своей чести, но и репутации всей организации — нельзя просто так взять и подслушать разговор аристократа, даже бумажного барона, это самое настоящее шатание устоев российского общества. Либо же я уже не жилец, и она со мной сейчас играет как кошка с пойманной мышью. И вот это последнее предположение я просто не мог не проверить.