— Не превратился же. Ну и с этим испытанием справишься, ты же воин света, буквально паладин.

«У паладинов много ограничений, темные охотники от них избавлены — оттого настолько эффективны»

— И куда тебя это привело? В кровать к малышке Эльзе?

«Послушай, сразу мы с тобой мир не спасем», — проигнорировал мое замечание Раскалов. «Если двинуть прямо и верно, нас прикопают еще до того, как до крыльца серьезной власти дойдем. Ведьмы инкорпорированы в самую верхушку Дракенордена — вот кому об этом рассказать? Понимаешь масштаб проблемы? Куда еще они инкорпорированы? Пока мы не доберемся до нужного важного лица, набрав авторитет слова и массив доказательств, я вовсе не хочу страдать как истязающий себя соблазнами праведник. Я не Святой Бенедикт, мне терновник не поможет»

— Могу специально для тебя в публичный дом раз в неделю заходить, — пошел я на компромисс.

«Пфф. Уж лучше тогда в душевой пару раз передерни»

— Стоп-стоп, сейчас мы с тобой вступаем на тонкий лед запрещенной пропаганды. Нельзя такие слова говорить — нас и КГБ, и твоя инквизиция за такие дела накроет.

«Scheisse! Не смешно!»

— А это и не шутка.

«Слушай, я не призываю тебя сразу стать взрослым мальчиком или Казановой. Но если женщина языком тела кричит что хочет тебя — давай не будем отказываться»

— Ты же сам говорил, что женское обаяние — это страшное оружие.

«Не вижу противоречия. Без меня любая гимназистка может сделать из тебя послушную веревку и вить узлы, у женщин есть такая сверхспособность. Но с тобой темный охотник Раскалов, и у меня все под контролем. Братиш, подумай — это твоя лестница к свету»

— Ты уверен, что я твой братиш? — задал я давно интересующий, но умело задвигаемый на задворки сознания вопрос.

«Не понял?»

Вслух говорить не стал, просто «громче» подумал о том, что после последнего воспоминания Раскалова у меня иногда возникало подозрение, что я ребенок убившей его ведьмы после той самой памятной ночи, потому и владею его памятью.

«Да не, брось, исключено. В кровати малышки Эльзы я оказался уже после твоего рождения, так что банально хронология не сходится. Да и у ведьм это стандартная практика — украсть или купить младенца для ритуалов или, как сейчас уже понимаю, для наказания неугодных»

Подумав, я кивнул — Раскалов темный охотник по прозвищу «Молот ведьм», кому как не ему отбывать наказание в посмертии в моем теле. Которое было прервано только невероятным стечением обстоятельств импакта от банды вивисекторов, а то он еще бы болтался бесплотным и бессильным духом, не в силах ни на что повлиять.