Забежал в комнату охраны — никого нет, мониторы все погашены, забрал ключи. Когда завел мощно зарокотавший двигатель, выругался — в баке бензина меньше половины.

У Мустанга у единственного из машин в гараже более-менее вместительный багажник, но чемодан с господином Винкельманном туда влезать категорически отказался, пришлось кланового поверенного перекладывать. Даже без чемодана влез он, учитывая наличие внутри запаски, с большим трудом.

Запихнув поверенного в багажник вместе с клеенкой, вернулся из подземного гаража на первый этаж. Сначала побежал к себе, взял заранее собранный рюкзак с туристическими минимумом — доставки не всегда были в пределах Петербурга, так что иногда с ночевками уезжал. Мелькнула мысль еще доспехи захватить, но они скорее всего официально оформлены как княжеский спортивный инвентарь, решил не рисковать.

С рюкзаком и пустым чемоданом ввалился в покои княгини, при моем появлении испуганно вздрогнувшей. Она уже готова — короткое платье-футболку дополнили обтягивающие джинсы, в руках туго набитая спортивная сумка. При виде чемодана посмотрела вопросительно, но я только рукой махнул, показывая, что с Винкельманном без чемодана разобрался.

Луны не видно и не слышно, так что мы вместе с бывшей княгиней пошли, почти побежали в ее комнату. Довольно ожидаемо, девушка стоит так и не переодевшись, в ночной рубашке в центре спальни мучает телефон в безуспешных попытках дозвониться. Младший князь Оскар Блейзер закинул бывшую невесту в список пренебрежения — вполне очевидное развитие событий, но Луна пока не может принять этот факт, принять изменившиеся условия. Хотя поначалу пыталась, вон на полу небольшой чемодан — открытый, но совершенно пустой.

— Луна! — потрясла девушку за плечо бывшая княгиня.

Никакой адекватной реакции, только грустный взгляд и слезы по щекам. Даже звонкая пощечина, которой мать попыталась привести дочь в чувство, не вернула пепельноволосую девушку в реальность — отшатнувшись, Луна просто села на кровать с отстраненным выражением лица. Халат распахнулся, открывая взгляду светлые пятна небольшой груди на фоне бронзового загара, но девушка даже внимания не обратила.

Марина Александровна (или уже просто Арина?) открыла шкаф, выкидывая все с полок широкими движениями, выдернула внутренний ящик. Раздался радостный возглас — одна из коробок была забита не распакованным нижним бельем, среди бирок я увидел «Bordelle», «Провокация» и «Тайны Виктории», причем из эксклюзивной коллекции. Если собрать всю ткань из кучи на несколько носовых платков хватит, а по стоимости можно два Мустанга купить — мысленно прикинул я. А это-то откуда знаю⁈