Про скуку мальчишка уже и не вспоминал. Его желание было исполнено.
Другое дело, что у всего была своя цена.
— Ты прав, Малик.
Нориэль, смотря на рассвет, мимоходом задумался над тем, чтобы вновь начать делать скворечники для птичек.
А ещё…
Он обязательно должен был вырастить с помощью своего чуда как можно больше фиолетовых цветов. Айша была бы очень рада.
Время для перенасытившегося впечатлениями эльфа пошлочуть быстрее.
Глава 17
На этот раз Нориэль не был перед обществом совсем беззащитным: благодаря курсу молодого варвара от Малика, Нориэль в рекордные сроки смог влиться в полноценное племенное общество, став важной его частью.
Первое время к эльфу относились с осторожностью, но с каждым днём отношение к нему постепенно менялось. Вероятно, даже без помощи Малика Нориэль смог бы завоевать своё место в чужом социальном механизме, и осознание этого факта радовало как перерождённого духа, так и молодого варвара, который, поддавшись своим амбициям, целиком и полностью погрузился в дела племени, из-за чего всё меньше мог уделять времени социализации терпеливо наблюдавшего за всем ушастого, неприхотливого друга.
В племени Нориэль совсем не скучал. Он постоянно находил чем заняться: мальчишка любил исследовать племя, наблюдать за бытом людей. Вскоре все жители племени привыкли хотя бы раз в день видеть мелькавшую, выделявшуюся на общем фоне, светловолосую фигуру в лёгкой одежде с длинными ушами и глубокими голубыми глазами.
Суровой внешностью природа молодого эльфа, кажется, и не планировала наделять. Возможно, имей Нориэль более… устрашающие внешние данные, и к нему бы относились заметно осторожнее, но тяжело в чём-то подозревать или опасаться мягкого, постоянно улыбающегося миловидного подростка. Как и тяжело подозревать того, кто каждый день, словно тот будильник, на рассвете наполняет всё племя чарующей, волшебной, по-настоящему прекрасной мелодией. Конечно, будь Нориэль в современном обществе, и в него в лучшем случае в глубокую рань от фанатов прилетал вазон в голову, но деловитое племя как раз к тому времени уже поднималось и начинало входить в рабочий режим, из-за чего игра молодого эльфа приходилась очень кстати.
Когда же вокруг племени, во время одной из игр, неожиданно начали появляться фиолетовые цветы, вопреки тому, что на улице всё ещё шёл снег и дул сильный, холодный зимний ветер, фигура улыбчивого подростка начала принимать более… мистические нотки. Чудотворцев на всё племя было всего несколько, совсем не удивительно, что отношение к ним было, мягко говоря, особенным. Ни о какой справедливости и речи не шло — хотел того или нет, а подросток заочно относился к привилегированной, неприкасаемой касте. Всё немного усложнялось тем, что Нориэль был чужаком и, что самое главное, даже не был человеком. К счастью, это компенсировалось тем, что он был ближайшим «приближённым» Малика, чьё влияние увеличивалось с каждым днём всё сильнее и сильнее.