В общем, ввиду недоступности франконских индюков, пришлось искать встречи с вейсфольдским каплуном. И вот тут удача мне, наконец, улыбнулась, хотя и не совсем так, как хотелось бы.

Предупреждённый доктором Тодтом о необычности питомцев рыжего вейсфольдинга, я уже начал раздумывать над нейтрализацией химер, в преддверии «задушевного» разговора с их хозяином, и даже придумал несколько способов — как опирающихся на мои невеликие умения, так и с применением некоторых зелий Падди. Честно говоря, я бы и артефактами Дайны не постеснялся воспользоваться, если бы в её хозяйстве нашлось что-то подходящее. Но, увы, чего нет, того нет.

Как бы то ни было, все задумки и приготовления на поверку оказались совершенно бессмысленны, поскольку предмет моего интереса нашёл меня первым. Просто однажды вечером, уже перед самым закрытием «Огрова», на его пороге нарисовался рыжий вейсфольдинг… в совершенном одиночестве. Никаких химер, никакой охраны… даже пресловутых вышибал с собой не привёл.

Сверкающий надраенной медью пряжек башмаков и двойного ряда пуговиц на вычурном франконском сюртуке, одышливый толстяк снял с головы широкополую кожаную шляпу с обвисшими полями и, растянув губы в приветственной, но насквозь фальшивой улыбке, отвесил мне самый натуральный поклон.

— Доброго вечера, уважаемый Грым, — произнёс он с порога. Пришлось мне поставить на стойку и без того надраенный до блеска стакан и, отложив в сторону полотенце, отвечать на вежливость вежливостью.

— И тебе того же, почтенный Леддинг, — отозвался я, насилуя свои связки, и кивнул гостю, указывая на столик в углу зала. — Пр-рисаживайся. Я подойду чер-рез минуту.

Делать вид, что я принял гостя за обычного посетителя, желающего пропустить стаканчик горячительного на сон грядущий, я не стал. К чему? Да и сам вейсфольдинг явно не был настроен на игру в «непонимайку», иначе драхха лысого припёрся бы в моё заведение. А ведь ему куда проще было бы сделать вид, что он не в курсе дела и вообще понятия не имеет о моём конфликте с братьями Ротти и их подчинёнными. Явной-то связи меж ними всё равно нет. Не в глазах обывателей, по крайней мере.

И, тем не менее, не прошло и трёх дней с момента столкновения с его людьми… и нелюдью, как вейсфольдинг явился в гости. Неужто только для пустого трёпа? Вот уж вряд ли.

Собственно, так оно и вышло. Леддинг терпеливо дождался, пока я отдам последние распоряжения крутящимся вокруг хеймитам, запру опустевший зал и устроюсь за столом напротив него. И первое, что я услышал от гостя, были извинения за ошибочные действия его «чересчур резких и любящих проявлять порой неуместное рвение друзей, принявших почтенного владельца пратта за обычного подёнщика, занявшего не своё место». Не сказать, что речь вейсфольдинга была полна раскаяния или хотя бы искреннего сожаления о случившемся, но, объяснения поступку своих людей он дал вполне честные, да и сказано всё было очень вежливо и без какого-либо намёка на угрозы, что уже немало. А ведь и такой вариант был вполне возможен. Да что там! Учитывая методы, которыми ведут дела его подчинённые, я бы совершенно не удивился, услышав из уст Леддинга пару-тройку завуалированных… «предупреждений». И, тем не менее, их не было.