Пусть, за неделю обстрелов, я где-то скелетов восемьдесят-девяносто положил, отправив на «респ с понижением», добавить к ним эту сотню засадников — получаем где-то треть. Остаётся-то всё равно две трети — четыреста «штыков», которые не отступятся и не сдадутся, продолжая меня загонять и выматывать, организуя одну засаду за другой, пока либо мои силы не иссякнут, либо они сами не кончатся.
Вот только, чувствую, что первое произойдёт куда раньше второго.
Поэтому, я надел маску на лицо, нырнул с разбегу, преодолевая открытое, простреливаемое пространство песчаного пляжа, в реку. И поплыл, не всплывая. Ввверх, против течения. Сколько хватит сил.
Вниз… вниз я уже пробовал. Там такая же ситуация, как и с холмами: плывёшь, плывёшь, плывёшь, а ни один видимый ориентир не приближается. Сколько бы не плыл — идеальный «гребной» тренажёр. Круче любой беговой дорожки или бассейна.
***
Я поднялся вверх по течению, где-то, километров на пять. Больше меня не хватило. Итак-то выбрался на берег, заполз в ближайшие кусты и лежал там, распластавшись, как выброшенная на камни медуза. Лежал, дышал и ни о чем не думал… первые минуты.
Потом думать начал. Но только думать — шевелиться было всё так же невмоготу. Усталость общая, физическая и моральная — брали своё. Мысли текли, но текли вяло. А вскоре и вообще… унесли меня в сон. В вязкий, тяжёлый, беспокойный сон без сновидений, после которого просыпаешься ещё более разбитым, чем засыпал.
Проспавшись, я снова ушёл на дно и проплыл ещё пару-тройку километров вверх, чтобы уж точно, не нарваться на засаду нежити. Уверен — далеко от своего «опорника» они всё-таки не отойдут. Но вот там, в непосредственной от него близости, за время моего отсутствия, они всю местность превратят в одну сплошную смертельную ловушку.
Это ведь я не применял к ним различные «вьетнамские радости» вроде небольших замаскированных ям с заострёнными колышками на дне, спрятанных самострелов, падающих кольев и верёвочных петель, шипов и прочего. Так как против нежити, не имеющей крови, а стало быть, не могущей этой кровью истекать, оно бесполезно. А вот против меня…
Сто… нет, сто двадцать процентов уверен, что к моему возвращению, там всё это будет. В полном комплекте и ассортименте каждого отдельного пункта… я бы точно сделал. На их месте.
А значит, если я правильно понял логику этого места, и они сделают.
И как возвращаться в таком случае? Возвращаться в таком случае вовсе не хочется. Стрёмно и сыкотно. А ещё жить очень хочется. А полезть в этот укрепрайон… Блин горелый! Они ведь и правда, в моём отсутствии, там полноценный укрепрайон развернут!