У меня был второй вариант — я заставил себя не думать. Просто не думать, что передо мной живой человек. Делать всё, ровно, как на стрельбах, как на тренировке. Полностью сосредоточиться только на самих движениях: достать, проверить заряженность, довернуть барабан, переключить режим, защёлкнуть барабан, навести, и выстрелить. Выстрелить раньше, чем успеют начаться рефлексии и сомнения. Не думая. Практически не целясь. Не медля.
Я смог. Успел. Успел выстрелить до того, как волна мыслей захлестнула и заставила бы дрожать руку. Заставила бы окоченеть палец на спуске.
Вот только то, что я успел выстрелить, не значит, что меня не догнал шквал эмоций уже после выстрела. Догнал! Ещё как догнал!
И адреналин в кровь выплеснулся, и конечности трястись начали. И испарина на лбу выступила. Вот только, я волевым усилием заставил себя продолжать не думать. Полностью отрицать само существование происшедшего. На время забыть. Не думать. Точнее, думать о чем угодно, кроме этого.
Получалось плоховато. Снаружи, я может быть и выглядел уверенно, хотя, всё-таки сомневаюсь в этом, но вот внутри… Взвинчен я был просто до предела.
И это была одна из основных причин, почему я не стал читать свиток прямо в кабинете — я просто не смог бы сосредоточиться на том, что в нём написано. Физически не смог бы. Кто проходил хоть через что-то похожее, хотя бы через бой на боксёрском ринге, уличную драку, несчастный случай на дороге… войну, тот меня поймёт. Кто не проходил, не сталкивался ни с чем подобным, кто не видел льющейся человеческой крови… тот будет надо мной смеяться, крутить у виска пальцем и называть «нервной барышней». Обязательно будет… счастливый человек. Счастлив тот, кому ни с чем таким в своей жизни сталкиваться не приходилось.
Поэтому, саму дорогу до дома Сакуры я помню плохо. Рывками. Дошёл до остановки трамвая. Повезло, что не пришлось его долго ждать — он подъехал практически через минуту, как я подошёл. Зашёл по ступенькам в трамвай. Садиться не стал, хотя свободные места ещё были — боялся, что просто не смогу встать, когда подъеду к нужному месту и пора будет выходить.
Доехал, расплатился. Вышел. Двинулся от остановки к нужному дому. Старался идти спокойно. Не ускоряться. Постоянно ловил себя на желании взяться за рукоятку пистолета. Практически непреодолимом желании. Дёргался от каждого неожиданного шороха. Каждую секунду ждал повторной подставы или простого, тупого нападения.
За мной, естественно, следили. Я буквально всем затылком ощущал взгляды и слежку. Но не приближались. И это хорошо. Как для них, так и для меня. Не уверен, что смог бы справиться с нервозностью и не шмальнуть на нервах. Как бы дальше стал выворачиваться? Помог бы Виконтский Перстень в этом случае? Не знаю.