Вот только то, что я к ним готов и могу их выдержать, совершенно не означает, что я хочу их испытывать. Я не мазохист. Хотя кто-то и взялся бы с этим утверждением поспорить. Но нет — я сам себя таковым не считаю.
***
«Инстанс» — это такое странное состояние. Не устаю ему удивляться. Вот и сейчас: я в поместье Пламенной. Меня в него впустили даже без наличия рядом со мной самой хозяйки поместья. И вопросов лишних задавать не стали. Просто отворили дверь и впустили.
Но, при этом, я и поместье… мы существовали словно бы параллельно. Я четко ощущал, что не смогу взять, присвоить себе ни кинжальчика со стены, ни томика с книжной полки, ни наруча с декоративного комплекта доспехов, поскольку это всё «не моё», не принадлежит к «миру Инстанса», существующего для меня, вокруг меня, вместе со мной, через меня…
Не смогу взять. Присвоить, украсть, позаимствовать… но! Могу купить. Могу выменять. Могу выпросить у «НПС», которыми в моём восприятии становятся всё окружающие, кроме тех людей и нелюдей (имеется в виду лошадь Графа Де Флёра, которая в нашем с ним совместном путешествии, казалась мне совершенно обычной, живой и нормальной лошадью), которые входят в мою «Группу», «Пати», «Партию», «Команду»… Тогда, полученная вещь перейдёт, переместится, адаптируется под мой «Инстансный мир».
Чем-то эта концепция напоминает мне концепцию «Излома» в когда-то прочитанной мной серии книг Александра Зайцева «Слово и Чистота». Сильно напоминает. За маленьким исключением: летать и прыгать с крыши на крышу небоскрёба я в «Инстансе» не могу. Так же, как танцевать с клинком на морских волнах и проходить сквозь стены. Да и у Зайцева в «Изломе» герой мог как-то общаться только с такими же обитателями «Излома». Все остальные его просто не видели. Со мной… возможно, что так же. Ведь человек, с «НПС» которого, я пообщался, будучи в состоянии «Инстанса», в реальном мире меня не вспомнил, когда я специально подошёл потом к нему для проверки. Да и Альбина эти мои догадки-выводы подтверждала, когда я её спрашивал и ими с ней делился.
То есть, теоретически, я в том «малом зале», мог подойти к Императору и спокойно плюнуть ему в лицо, или помочиться ему на штанину — в «реальном» мире он бы никогда и не узнал бы об этом. Мог бы. Вот только, даже пытаться не стал бы так делать. Почему? Да потому, что два ряда «НПС» рыцарей и Императорская стража совершенно точно физически объяснили бы моему телу всю опрометчивость таких действий с монаршей особой… даже в «Инстансе».
То же самое касалось и всех остальных, не только Императора: ты можешь подойти и сделать что-то, чего не стал бы делать в нормальном, «реальном» мире. Можешь. Но реакцию получишь точно такую же, как в том самом «реальном» мире. И, если тебя убьют в «Инстансе», то убьют и в «реальности».