— Хорошо, — ответил я, — благодарю.

Звонок последовал всего через пару минут. На аппарате, который стоял на столе, высветилась фамилия: Orekhov.M.

— Серёг, привет, — сказал Максим, — что у тебя? Леночка сказала, ты хотел переговорить?

— Да, Макс, — ответил я, сознательно копируя его тон, — поручение шефа. Встречаюсь с директорами, переговорить надо. Будет минутка?

— Да не вопрос, если прямо сейчас, — ответил Максим, — у меня через полчаса планёрка с моими.

— Я зайду?

— Подходи, конечно… хотя стоп. Давай через пару минут? Пока кофе сделаю.

— Конечно, — сказал я и повесил трубку.

Я достал из кармана кубик, который мне дала Ирина. Во время телефонного разговора я держал его пальцами, так, на всякий случай.

Выждав ровно две минуты, я поднялся и вышел в коридор. Где находится кабинет Максима я помнил со вчерашнего дня, когда размышлял над тем, не устроить ли перекрёстные допросы директорам.

Я постучал в белую дверь, которая сливалась со стеной. Пискнул магнитный замок. Я вошёл в кабинет.

Максим сидел боком к панорамному окну, откуда открывался вид на Москву-реку и мост Третьего кольца.

— Проходи, садись, — он указал на одно из кресел, стоящее напротив стола.

Руку в этот раз он подавать не стал.

— Ну что, как дела? — улыбнулся он, — осваиваешься? Что за вопрос?

Я уже приготовился было говорить, но в этот момент Максим, глядя мне в глаза, вдруг произнёс скороговоркой:

— Супер-ралли-три-кита-монокль-альфа-мицелий.

Я замер, затаив дыхание.

Максим потянулся, зевнул. Встал из-за стола.

— Для начала — забываем всё за минуту до этого момента, — сказал он, обращаясь ко мне. А теперь — подробный отчёт. Что от тебя хочет шеф?

— Геннадий поставил мне задание вычислить канал слива информации в государственные органы, — ответил я голосом, лишённым интонаций.

Максим нахмурился.

— А подробнее? Он делился своими соображениями? Кто у него на примете? Почему ты на директорах сфокусирован?

— У Геннадия есть основания полагать, что источником может быть только один из директоров.

В этот момент я чуть сильнее сжал кубик в кармане. Почувствовал, как он потеплел.

Максим побледнел, схватился за грудь и медленно опустился в кресло.

Я встал. Подошёл к нему, наклонился к его уху и прошептал:

— Почему ты чувствуешь себя в безопасности? Почему уверен, что тебя не раскроют?

Кажется, он пытался улыбнуться — под этим углом было плохо видно.

— Неожиданно… — выдохнул он, — надо же… на ровном месте.

— Отвечай, — приказал я, сжимая кубик.

— Риск есть всегда, — произнёс он, — но самое тайное лучше всего прятать на поверхности. Кто меня заподозрит, если я встречаюсь с ребятами из конторы официально и у всех на виду?