Последовала довольно долгая пауза. Хороший знак. Ирина поняла, что что-то не то, и сейчас просто сопоставляет сказанное мной со своими знаниями.
— Ты всегда был романтиком, — наконец, ответила она ледяным голосом, — а скажи — люди как там? Вас много народу встречало?
— Да люди как люди, — ответил я, — ничего особенного… нет, не много, я ж вроде как начальство. Те трое, что нас встретили — на вид интеллигентные.
— Когда ты обратно уже? Есть возможность, что тем же самолётом?
— Нет, что ты! — я усмехнулся, — это длительная командировка.
— Жаль. Я бы на твоём месте вернулась.
— Что поделать. Приходится выкручиваться. У тебя, случайно, не было знакомых в этих краях? Я бы спросил совета, как тут быть.
Ирина тяжело вздохнула.
— Да откуда, Серёж… но я и сама могу посоветовать. В незнакомых краях будь осторожен. А что и как оно будет — определить судьба… но вот такого вот синего и глубокого неба над головой я бы, наверно, не смогла долго терпеть.
— Говорят, ультрафиолет жизнь сокращает? — осторожно спросил я, пытаясь выведать природу грозящей мне опасности.
— Да дело даже не только и не столько в этом, — снова вздохнула Ирина, — некоторые и под таким небом живут куда дольше, чем могли бы в других условиях… вопрос в том, что такое небо меняет. Иногда необратимо.
Я помолчал.
— Скучаем по тебе, — сказала Ирина; в её голосе появилось тепло, — знаешь… я не так много знала людей, которые были бы на тебя похожи. Я надеюсь, что тебя нельзя так просто изменить. Но будь осторожнее, хорошо?
— Конечно, Ир. Ты звони если что вдруг, ладно?
— Обязательно! Ой, и смс-ки пиши. Или сообщения. Дешевле же будет! Там небось связь золотая по цене, да?
— Разберёмся, — я улыбнулся в трубку.
— Удачи, Серёж.
— Спасибо.
После этого я нажал кнопку отбоя.
Нельзя сказать, чтобы этот диалог как-то прояснил для меня ситуацию. Но, по крайней мере, речь шла не об угрозе жизни, а о каком-то «изменении». Что это может быть? Стать инвалидом? Сойти с ума? Может, и так. Пока оставим рабочую гипотезу — кто-то с помощью приёмов пограничников будет пытаться воздействовать на мой разум. Предупреждён — значит, вооружён. Буду фиксировать изменения и внимательно относится к собственным мыслям. Ну и, насколько я понял, первую атаку Иринин амулет смог отбить. А последует ли вторая — далеко не факт.
Глава 18
Жан сидел во главе стола, в тёмном помещении. Светился только экран справа, на который была выведена карта Мали, испещрённая условными тактическими знаками.
Зам министра был занят: он слушал доклад одного из своих подчинённых. Сначала мне показалось, что тот говорил на французском — вроде слышались знакомые слова. Но потом я понял, что язык другой, совершенно мне не знакомый.