Я отдавал себе отчёт, что мы балансируем на грани больших неприятностей. Стоит только здешним государственным органам хоть немного нами заинтересоваться — и неприятности поваляться лавиной. Самой страшной из них может быть, конечно, разлука с Пашкой.
Надо действовать осторожно и продуманно, чтобы этого не допустить.
Я посмотрел на сына. После еды он снова засыпал. Только теперь, когда на меня свалились заботы о нём, я осознал в полной мере, что переживала Алина в первые месяцы после родов. У меня-то оставалась работа, командировки, задания… я помогал ей только ночами. А она жила в таком режиме непрерывно. И даже ни разу не пожаловалась…
Я вспомнил мучительный момент, когда её притянуло внутрь клетки. Зажмурился. И усилием воли заставил себя запереть это воспоминание на замок.
Не время предаваться отчаянию.
Глава 2
Иван с Ириной вернулись часа через четыре. Судя по тому, что напарник спокойно и уверенно, улыбаясь, вышел из машины — всё прошло хорошо. В его руках был огромный пакет, из которого виднелась упаковка подгузников одной известной фирмы, которая существовала и в нашем мире.
Я думал, что Михалыч поедет дальше, по своим делам. Но вместо этого он помог Ирине достать из багажника ещё две сумки, и направился в дом.
Первым делом Ирина снова переодела и накормила Пашку — уже нормальной смесью и хорошим прикормом, которые они купили в детском магазине. Михалыч не спешил уходить; он деятельно помогал хозяйке забираться с закупками и хлопотами с ребёнком.
Наконец, где-то через полчаса всё было сделано. Иван поглядел на меня, приподняв бровь, и сказал:
— Ну что ж. Пора бы знать честь, да?
— Можно рассчитаться, — кивнул я. Потом посмотрел на Михалыча.
— У меня будет к вам предложение, — сказал я.
— Да? — насторожился тот.
— Ваша машина. Во сколько бы вы её оценили.
Михалыч засмеялся.
— Ребят, ну вы даёте. При ваших-то деньгах можно что получше выбрать. Даже если надо очень срочно, — сказал он.
— А если нам не нужно получше? Но по возможности прямо сейчас?
Михалыч замялся. Было видно, что от денег он бы точно не отказался, и сейчас у него в душе происходила борьба между жадностью и совестью, которая не позволяла совсем уж задрать цену.
— Ну… сотки хватит, — наконец, сказал он, и тут же затарахтел, будто оправдываясь: — С договором сейчас просто, у меня валяются пара распечатанных форм. А вот со страховкой вопрос. Можно через приложение сделать, но оно только после полуночи будет действовать. Таких, кто продавал бы готовые полисы в нашей деревне нет. Только в Троицке.
— Гаишники злые тут? — спросил я.