— Ваш мир погиб, так? — сказала она, глядя мне в глаза.
— Так… — ответил я.
— Не зря мне вспомнилась та история с просвещённым… я ещё тогда подумала, что было бы, если бы он не справился. Видимо, у вас он не справился.
— Всё немного сложнее… — осторожно заметил я.
— Конечно, сложнее, — вздохнула Ирина, — ничего, дойдёт дело и до подробностей. Долгими зимними вечерами, — она улыбнулась, — что-то мне подсказывает, что мы надолго вместе.
Я улыбнулся в ответ.
— Ой! — спохватилась она, — про дело-то забыла! Ничего не трогай!
С этими словами она выбежала из кухни, чтобы вернуться через минуту с маленьким деревянным кубиком в руке. На трёх его гранях были выгравированы животные: лев, орёл, бык. Ещё три грани оставались пустыми.
— Держи, — сказала она, — тебе очень важно держать это в ладони, когда ты в следующий раз увидишься с тем, кто подсунул тебе это, — она кивнула на паучка.
— Откуда я знаю, кто мне это подсунул? — спросил я растеряно.
— Подумай, — ответила она, — для этого нужен личный контакт. Кожа к коже. С кем ты за руки здоровался? Вот твои первые подозреваемые. Дальше просто: когда он увидит тебя, ты сразу поймёшь, кто это был. Ему станет нехорошо. А потом ты можешь ему приказать сделать то, что от него хочешь. Он будет полностью в твоей власти. Только приказывай скрытно, на ухо. Сделай вид, что помогаешь ему.
Я задумался на секунду. Прокрутил в голове прошедшее совещание, и понял, что за руку здоровался только с одним человеком.
— Я знаю, кто он, — сказал я.
Ирина улыбнулась.
— Вот видишь? Это упрощает всё дело, не так ли? — она подмигнула мне.
В это время Пашка заплакал в детской. Ирина всполошилась и вышла из кухни, в очередной раз бросив на ходу:
— Ничего не трогай! Я сама приберусь.
Глава 11
На работу я снова поехал на электричке. Если бы надо было каждый день к определённому времени приезжать в офис — я бы подумал о смене места жительства. Но почему-то мне казалось, что график у меня будет куда свободнее. Правда, командировок не избежать — но что поделать? Это и в прошлом мире было частью моей жизни, даже после ухода в запас.
Я размышлял о том, как лучше реализовать своё преимущество.
Казалось бы, самое простое решение: приказать Максиму раскрыться. Но как в этом случае я мог бы подтвердить свою профпригодность?
Такой человек, как Геннадий сразу бы почуял неладное. В лучшем случае он оставил бы меня, чтобы приглядеться более пристально, что это за зверь к нему пожаловал. А в худшем… в худшем постарался бы избавиться от меня и от Ивана как можно быстрее. Причём второй вариант выглядел логичнее и безопаснее с его позиции.