Хотя нет. Вру. Очень даже остались. После всего произошедшего за сегодня силы на злость и раздражение у меня нашлись с избытком.

— Здравствуй, Елизавета, — ровным голосом поздоровался я, вымучив из себя некое подобие улыбки. — Я сейчас вернусь.

С этими словами я развернулся и вышел из квартиры. Закрыл за собой дверь и пошёл по коридору до лифта. Спускаясь на первый этаж здания, прокручивал в голове одну и ту же самую мысль — какого дьявола она там делает⁈

Вот сейчас и узнаю.

— Добрый вечер, — без какой-либо доброты в голосе поздоровался я со стоящим за стойкой консьержем, мужчиной лет тридцати пяти в аккуратном костюме.

— Добрый вечер, ваше благородие. Чем могу вам помочь?

— Можете. Напомните мне, пожалуйста, я просил вас сообщать мне о гостях и не пропускать их без моего разрешения?

— Одну секундочку, ваше благородие, — засуетился он и быстро набрал что-то на клавиатуре за стойкой. — Да. Есть отдельное распоряжение. Мы обязаны предупреждать вас о любых гостях, а также сообщать о них, если таковые появлялись в ваше отсутствие, и не пропускать их без вашего на то разрешения.

— Замечательно. Тогда объясните мне, пожалуйста, почему вы пропустили Елизавету Игнатьеву?

Это была ошибка. Глупость, которую я сморозил из-за усталости, раздражения и общего душевного раздрая. Если бы не утомление и прочее, то я обязательно бы понял, что, по сути, этот вопрос не имеет смысла.

И стоящий за стойкой мужчина тут же это подтвердил.

— Простите, ваше благородие, но квартира принадлежит его сиятельству, а девушка представилась его дочерью и вашей будущей супругой. Конечно же, мы удостоверились, что это она, но не подумали, что ваше требование может распространяться и на неё. Всё-таки, как я и сказал, владельцем квартиры является граф, и…

— Ясно, — сказал я, мысленно махнув рукой на эту ситуацию. — Всё в порядке.

— Могу ли я ещё чем-то помочь?..

— Нет. Доброго вечера.

Поднимаясь обратно на лифте, я испытывал острое желание побиться обо что-нибудь головой. Желательно обо что-нибудь очень твёрдое. В другой ситуации я бы такой ошибки не допустил, а тут… придётся как-то выкручиваться. Маски, по самым пессимистичным прикидкам, хватит ещё на два часа, так что время есть.

Когда я вернулся обратно, Лиза меня уже не встречала. Вместо этого она ждала на кухне, сидя на стуле за столом. На столе стояло несколько пакетов. Видимо, они-то и являлись источником аппетитных ароматов, что витали в комнате. Стоило мне войти, как Игнатьева тут же встала. Не столько из-за каких-то манер или правил приличия, сколько от того, что сама очень нервничала.