— Что?
— Что я позавчера документы с помощником прислал.
— Это не я, — сразу же заявил он. — Алексей, да на кой-мне это нужно? Может, Романова? Она же тоже вроде его видела… Кстати, такой вопрос. Ты со своим помощником что — одни и те же костюмы носите?
— У одного портного одеваемся, — отбрехался я, благо заготовил это объяснение на всякий случай. — Не хочу, чтобы мой человек выглядел хуже меня. Вредит репутации, знаешь ли.
— М-м-м, — промычал он. — Ну, в целом логично… А, да! Совсем забыл. Платонов сказал, что, когда закончишь говорить с Громовым, он тебя ждёт у себя.
В ответ на это мне оставалось лишь тяжело вздохнуть. Вот и разобрался с проблемой…
Глава 2
Нет, не разобрался.
— Похоже, что я переоценил твои возможности, — сварливо заявил Платонов, глядя на меня.
В ответ я промолчал, выжидающе глядя на начальника.
— Что смотришь, Измайлов?
— Жду, когда вы примете решение, — спокойно ответил я.
— И какое же решение, по-твоему, я должен принять? — едва ли не с издёвкой поинтересовался он.
— Не знаю. Отстраните меня от дела?
Платонов скривил лицо, после чего вздохнул.
— Даже не надейся. Я его тебе дал — вот и работай. И Громов верно заметил, что тот факт, что ты через задницу узнал информацию об убийце, не делает его невиновным.
— Иван Сергеевич, тогда к чему это всё? — искренне спросил я. — Вы меня вызвали для… для чего?
— Для того, чтобы понятным тебе языком объяснить, что подобная самодеятельность мне тут не нужна, — резко ответил Платонов. — Мне нужно, чтобы мои сотрудники выполняли свои должностные обязанности. Обязанности, Измайлов! Так, как положено! А не устраивали тут цирк, после которого меня заваливают жалобами. Ещё один такой косяк — и вот тогда, Измайлов, я тебя отстраню. А затем вышвырну из управления. Вот это уже последнее, так сказать, предупреждение. Ты меня понял?
— Предельно ясно, Иван Сергеевич.
— Тогда свободен.
— Можно вопрос перед уходом?
Платонов выпрямился в кресле и уставился на меня.
— Дай угадаю. По поводу Громова? Хочешь спросить, зачем он пришёл сюда, а не вызвал тебя для показаний?
Ну, не совсем, конечно. Другой вопрос был на уме, но схожей тематики.
— Что-то вроде того.
— Переживаешь?
— Нисколько, — пожал я плечами. — Скорее раздражён тем, что приходится тратить на это время…
— Измайлов, ты бы лучше молился, чтобы тобой отдел внутренних расследований не заинтересовался, — ворчливо посоветовал мне Платонов. — Потому что в таком случае твоё нынешнее раздражение покажется тебе манной небесной. На этом всё? Или ещё какую историю тебе рассказать?
— Нет, Иван Сергеевич, спасибо, — одними губами улыбнулся я.