Вот неприятный мужик. Сидит вроде бы расслабленно, но создавалось стойкое ощущение, будто я смотрю на приготовившегося к прыжку охотничьего пса. Словно он только и ждал команды, лишь бы вцепиться в долгожданную добычу.

И он явно меня проверяет. Реакцию на всю эту его болтовню и прочее. Хочет увидеть, как я себя поведу? Возможно.

— Не буду спорить, а вместо этого повторю свой вопрос, — сказал я. — Какое отношение это имеет ко мне?

— Его убили у тебя на глазах.

— Печально, но я тут ни при чём.

— Скажешь, оказался не в то время и не в том месте? Мимо проходил?

— Удивительно, но это правда, — пожал я плечами. — Я ехал в Иркутск, и случилось это…

— А чего не летел? На машине-то, поди, не так удобно, как на самолёте.

— Хотел на Байкал посмотреть. Красиво, говорят.

— И как оно?

— Ожидал большего, если честно. Ещё глупые вопросы будут?

— Полным-полно, — признался Громов и выпрямился на стуле. — Что делал в Слюдянке?

— Проезжал мимо.

— Зачем?

— Так навигатор показал, — пожал я плечами.

— А чего тогда в своих показаниях так не сказал?

— В каких показаниях?

— Ну как же, в тех самых, которые Воронину давал, — ответил Громов и достал из папки ещё один лист. — Вот, смотри. Здесь сказано… семейные дела. Чьей семьи? Твоей? Игнатьевых? Или, может быть, интрижку завёл?

— А это какое отношение имеет к делу?

— Пока никакого. Но смотри! Мы с тобой общаемся всего пару минут, а уже расхождения в показаниях…

— Вы меня в чём-то обвиняете? — спросил я прямо.

— А тебя есть в чём обвинить? — как-то глупо в ответ спросил Громов.

Так. Вдох. Выдох. Он просто пытается вывести меня из себя. Хочет подловить на слове. Хорошо. Скорее всего, я сейчас действую как раз-таки именно тем образом, как он и ожидал от меня. Допустим. Отсюда и все эти глупые вопросы. А потому — только холодное и отстранённое спокойствие. Я аристократ, которому до случившегося нет никакого дела.

— Громов, послушайте. Я приехал сюда работать. У меня скоро свадьба. Я понятия не имею, что там случилось. Да, мне очень жаль этого парня, кем бы он ни был, но меня это дело не касается…

— Как надменно, — с раздражением в голосе вздохнул он. — Убили человека. Прямо на твоих глазах, а тебе даже дела нет? Мысли только о свадьбе. Как оно, вид мертвеца не испортил настроение?

— А это сейчас к чему?

— Да так, к слову пришлось. Думал, что, может, подальше от столицы вы будете не такими надменными, но, похоже, ошибся.

— Ну, знаете, как говорят? Не встречайте людей по одёжке…

— Главное, чтобы провожали в наручниках, — закончил за меня Громов. — Хотел сказать по-другому? Не нужно. Мне мой вариант нравится больше.