— Ген, ну а что такого-то? — удивлялся он. — Ты всё равно сейчас здесь сидишь без дела. Кого мне ещё послать? Демченко? Так он своим делом занят… Что? У тебя своё дело? Да брось ты уже этого погорельца. Я же дважды тебе сказал перестать тратить время на чепуху…

И не только он. Уже несколько человек звонили Громову с настойчивым предложением перестать заниматься горелым трупом, который привезли в Иркутск. Но Геннадий просто не мог отказаться от этого дела. Кто-то приложил немало усилий для того, чтобы труп невозможно было опознать. Так будто бы этого мало, налицо имелись все признаки того, что это дело пытались замести под ковёр. И если бы не рассказ знакомого патологоанатома, с которым Громов иногда выпивал пиво пятничными вечерами после работы, он никогда бы не узнал про этот странный случай. И теперь Геннадию было крайне любопытно, кто же оказался столь настойчив в своём желании закрыть это дело.

Учитывая, что в нём был замешан этот баронский сосунок Измайлов, ответ у следователя появился почти сразу же. Измайлов ему не понравился с самого первого их разговора, оставив у Громова впечатление крайне скользкого и малоприятного типа.

Зазвонивший телефон отвлёк Геннадия от этих мыслей. Держа руль одной рукой, он достал мобильник и ответил на вызов.

— Да? — ответил он, надеясь на то, что неприязнь от разговора с тупым начальством будет не особо заметна в голосе.

— Ген, ты уже на месте?

— Буду минут через десять.

— Хорошо. Там дежурная группа. Они следят за местом убийства. Мы уже вызвали криминалистов, но они сказали, что опоздают минут на тридцать или сорок. Дождёшься их?

— Дождусь, — лениво отозвался Громов, сворачивая на повороте. — Чего не дождаться?

Ситуация оказалась весьма стандартной. Подразделение следственной криминалистики в Иркутске отличалось от столичного, с которым Громов привык работать за годы службы в Санкт-Петербурге. И не в лучшую сторону. Там они почти всегда оказывались на месте едва ли не раньше всех, а тут приходилось ждать чуть ли не по часу. Так что опоздание всего на сорок минут можно было назвать благом.

Здесь вообще куда проще относились к своим обязанностям. Проще и расхлябаннее. Но Громова это нисколько не смущало. Всё, чего он хотел — это той самой простоты. Потому и попросил у своего начальства перевод куда подальше полтора года назад. Ему банально хотелось уехать как можно дальше от проклятого Санкт-Петербурга.

Спустя десять минут он остановился недалеко от промышленного района на севере Иркутска, поставив свой автомобиль рядом с патрульной, припаркованной прямо перед входом в здание.